Выглянул из-за укрытия, рассматривая дом.
Из распахнутого окна торчал ствол охотничьего ружья. Получается, уже перезарядился, гад, и снова держит нас на прицеле.
— Это Жорич палит? — прижимаясь к железному боку «копейки», испуганно спросил Гужевой.
Рядом присел Тулуш.
— Ну а кто же еще? Квартира-то его, — кивнул я на дом. — Нужно найти укрытие понадежнее. У него, похоже, двенадцатый калибр. Прошьет нашего жигулёнка и не подавится. Считаю до трех, и бежим к УАЗу. Готовы?
— Готовы! — кивнули подчиненные одновременно.
— Три! — крикнул я и рванул туда, где стоял милицейский бобик, там нас сложнее достать, да и толщина кузовных деталей у автомобиля понадежнее будет, чем у нашей многострадальной «копейки».
Бах! Это прогремел мне вдогонку выстрел. Теперь ясно, куда подевались зеваки. Тут как на войне палят.
Бежал я зигзагами, и пуля взрыхлила землю сильно в стороне от меня, по бегущей цели с гладкого ствола всё-таки хрен попадешь, на то и был мой расчет. Теперь можно не спешить, это одностволка, и требуется время на перезарядку.
Я остановился и глянул на окно. Там маячила фигура, что переломила ружье и спешно вставляла новый патрон. Я даже разглядел дымок из казенного среза ствола, когда выскочила гильза.
— Гужевой! Тулуш! — крикну я. — Бегом! Сюда!
Я специально сделал фальстарт и побежал один. Не хотел рисковать сотрудниками. Себя тоже жалко, но почему-то был уверен, что Жорич промажет, ведь один раз я уже умер, стало быть, в рубашке родился, раз живу снова.
Ваня, наконец, насмелился и рванул ко мне.
Мы укрылись за уазиком.
— У-ух!.. думал, хана мне, — пыхтел Иван. — Саныч, он же в тебя чуть не попал! Ты почему так быстро досчитал до трех?
— С математикой туго, в цифрах путаюсь. И потом, чуть не считается, докладывайте обстановку, — кивнул я Казаряну и участковому, что были рядом. ОВОшники спрятались за дворовыми деревьями возле песочницы чуть дальше.
— Жорич взял в заложники какую-то женщину, ту, что пришла к нему. Заперся и стреляет по сотрудникам из окна, — ответил участковый.
— К подъезду не подпускает.
— Чего ему надо?
— Непонятно… Требует старшего, переговорить чтобы.
— Ну а дальше? Переговорил кто-нибудь?
— Так нету старших тут, — пожал плечами Казарян. — Вот, Сан Саныч, тебя дождались. Поговори с ним.
Ясно. Никто из прибывших не хотел брать на себя ответственность в такой щекотливой и нестандартной ситуации. Да и рискованно это — с вооруженным бандитом переговоры вести. Их понять можно, первый раз участвуют в освобождении заложника.
