На аттестации там не раскисай, может, еще и переубедишь комиссию тебя сокращать.
— А так можно?
Кто их знает, какие у них тут правила на этот счёт. А распинаться за просто так тоже не хотелось бы.
— Нужно, Саша, нужно… Они почему сократить должность хотят? Результатов год не было. А почему не было? А потому что собаки не было и кинолога, должность пустовала.
— Ну там же не дураки сидят, — нахмурился я. — Должны понимать…
— Ха! Молод ты и зелен, Саня! — он вдруг искренне засмеялся, будто я что смешное сказал.
— Да в милиции дураков столько же, сколько в любом колхозе. Вот только дураки в погонах — страшнее. Конечно, там, — шеф ткнул пальцем в потолок, — уже все решили. Но ты не сдавайся. Погрызись напоследок.
— Это я запросто. А вообще, вы скажите честно, есть смысл или бесполезно? — задумался я.
— Бесполезно — это когда на крышку гроба монетки бросают. Все прочее можно поправить. Сходи к Антиповне, она тебя научит, что там нужно говорить.
Я не сдержался и улыбнулся — это-то проще простого.
Вышел из кабинета и прежде, чем направиться в кадры, заскочил в кабинет криминалиста.
— Приветствую бойца невидимого фронта! — с порога воскликнул я, пока Валентин всё пялился в микроскоп.
Его кабинет был самый интересный из всех, которые я видел. Смесь лаборатории безумного профессора и конурки мента. Повсюду гипсовые слепки следов, фотки, дактилокарты, какие-то пробирки, порошки. Жидкости. Еще из кабинета выходила темнушка-закуток. Там Валентин, похоже, проявлял пленку и печатал фотографии.
— Здравствуйте, Александр, — отозвался он со свойственным ему спокойствием, не отрывая глаз от окуляров.
— Слушай, Валёк, размножь мне эту фотку, — я положил на стол перед ним фотокарточку, которую принес Эрик Робертович. — Только вот эту подозрительную рожу сделай в фас покрупнее, а остальное обрежь.
— Подозреваемый?
— Типа того. Десяток наклепай, пожалуйста.
Но тот вдруг покачал головой.
— Фотобумаги мало, — пояснил он. — Кончается. Нужно разрешение начальника получить.
— Ладно… Сделай пять штук и обойдемся без разрешения.
— Хорошо. Заходите через час-полтора.
— Спасибо.
Я собрался уходить, когда зазвонил телефон. Я думал, что в отделе было всего четыре телефона (не считая дежурки): у начальника, в угро, в следствии и в кадрах. Оказывается, еще и у эксперта. Что ж… Похоже, криминалисты в МВД считаются этакой белой костью. Интеллигенция в погонах, блин…
Валёк взял трубку. Говорил спокойно, но с легкой ноткой раздражения.
