Так вот. Ваша критика, товарищи, не пропадёт зря. Обязуюсь выправить оперативную обстановку, наладить работу вверенном мне направлении, лично возьму под свой контроль применение кинологических средств и методов в деле раскрытия преступлений! И вот еще, товарищи… В заключении своего выступления, я хотел бы поделиться с вами радостью.
Я вывалил из портфеля перед комиссией несколько экземпляров «Красного Зарыбинска».
— Только за последние дни с использованием служебно-розыскной собаки мне удалось раскрыть несколько, по местным меркам, громких преступлений.
В местной газете об этом вышла статья… А еще там написано, что лейтенант милиции Морозов успешно сдал огневую и физическую подготовку в ходе контрольной проверки. Думаю, что Евгений Степанович что-то перепутал, когда сказал, что у меня неудовлетворительная оценка по физподготовке, — я сделал невинное лицо, а потом добавил с нарочитым удивлением: — Ну, или газета врет…
Слово Купера против буквы советской газеты. Его наговоры — против лозунгов Щелокова.
Естественно, все встали на сторону печатного органа и Щелокова и загудели, мол, бывает, просмотрел товарищ подполковник, не в ту строчку в ведомости глянул, ошибочка вышла, а газета — она врать не может."
"Купер сначала побагровел, потом побледнел, я думал, еще позеленеет, но, видно, в его морде краски кончились. Он снова налился банальным пунцом.
Что-то там вякал, мол, вы уподобляетесь африканской птице страусу, которая с высоты своего полета не видит генеральной линии партии и социалистической направленности органов внутренних дел.
Я однако, парировал, что страусы не летают, а органы, они что — если я и не вижу, то в коллективе всегда найдутся старшие товарищи по службе, которые помогут разобраться, кто верблюд, то есть страус, а кто нет. Сдавленные смешки прокатились по кабинету. И после коротких дебатов и вопросов ко мне от членов комиссии (на которые я ответил словами вырезок из газет — успешно и политически подковано) Куперу пришлось объявлять голосование по моей судьбе.
Но перед голосованием меня, естественно, попросили покинуть кабинет и ожидать результатов в коридоре. Анонимно чтоб. Я вышел.
— Ну что? — облепили меня сотрудники, ожидающие своей очереди (им проще, у них аттестация в основном, в связи с повышением). — Про новую конституцию спрашивали? Последние изменения в УПК надо знать? Ты про решения коллегии рассказывал?
— Не волнуйтесь, коллеги, — хмыкнул я. — Главное, выучить, сколько наград у Брежнева.
