Начало (Я есмь)

Идти вроде было не очень трудно, мешала только трава по пояс, которая местами поднималась выше головы, и тогда мы шли в своего рода лесу, в котором ничего не видно. Я бывал в альпийских лугах, там такие же заросли. Помню тучу комаров, здесь они

тоже имелись, но нас не трогали, может потому что не считали пищей?

Все-таки размером комары были с воробьев. Впрочем, они и на комаров мало походили. Мы бы, наверное, так и не узнали, что это кровососы, если бы одного из этих летающих насекомых Вика, бахвалясь, не развалила ударом меча, и нас всех забрызгало кровью.

Я подошел к Дашке и тоже услышал шорох, ползущего по траве какого-то существа. И этот скребущий звук явно приближался к нам. В голове бродили какие-то ассоциации. Шорох не топот. А шелестит обычно что-то, у чего нет ног. Блин!!!

– Дара, вперед на открытое место! –заорал я, будто оно где-то имелось это открытое место. – Бегом!

Девушка-ивр бросилась вперед, мы за ней, но тут же отстали, и это стало нашей очередной глупостью. Вероятнее всего, моей.

Мог же сказать, что бежать надо в сторону противоположную от шороха. Мог, но не сказал, не додумал, считал, что она сама догадается. А она не догадалась. Мы вылетели на пустое пространство, и тут от ствола огромного дерева к Дашке метнулось огромное темное тело, диаметром с трубу магистрального газопровода. У трубы имелась огромная пасть с изогнутыми зубами, она открылась и девушка-ивр оказалась в ней. Всего мгновение и ее не стало.

Я еще бежал вперед, но уже стал другим, мои руки сами собой выхватили меч, повернули навершие, увеличивая его размеры, превращая в подобие ятаган или большого мачете.

А когда до гигантской змеи осталось совсем немного, я прыгнул, и в огромном прыжке пронесся над ошарашенной змеей, которая смотрела на меня непонимающими черными глазами, приподнявшись над землей метра на три.

Вот эти три метра я и снес одним ударом в прыжке. Скажу честно, сам удивился. Нет, я понимал, что лезвие у меча острое, но чтобы настолько. Приземлился я мягко, кувыркнулся, перевернулся, встав на колено, готовый к новым нападениям, а потом снова рванулся к огромному черному туловищу, которой конвульсивно то собиралось в кольца, то снова распрямлялось.

Змеи не пережевывают пищу, а глотают, переваривание дальше осуществляется внутри.

Времени прошло мало, так что Дара должна быть еще жива, по крайней мере, я на это надеялся. А что мне было еще делать? Надежда умирает последней вместе с ее носителем.