Димка, с квадратными глазами, был постоянно рядом, в паре метров правее, а их наставник шел немного впереди, одновременно приглядывая за своими подопечными — у второй линии не было непосредственного соприкосновения с противником, и все, что от них требовалось — это быть на подхвате — и в случае развития прорыва, и в случае отступления — чтобы дать первой линии возможность выйти из боя, прикрыв ее отход отсечным огнем. И Михаил добросовестно ""подпирал"" их своим присутствием. Даже было не так-то и страшно — ведь всю предыдущую неделю их позиции долбили из всех видов оружия.
По-началу свист снарядов, мин, осколков заставлял вжимать голову в плечи, вжиматься всем телом в стенку окопа. Но уже на второй день, немного пообвыкнув к этому шуму, Михаил почувствовал себя увереннее — ну да, летает вокруг, но он-то по-прежнему жив. Так и будет. Поэтому сейчас он тоже не особо мандражировал. И когда прозвучал тройной свисток на отход, он не ломанулся со всей дури обратно, а остался на своей позиции и снялся с нее вместе с наставником и Димкой, когда пропыленные бойцы первой линии перекатами прошли мимо них.
Тут уж и они пошли перекатами, пока не свалились в свои окопы.
— Товарищ младший сержант, а что это было? Атака не удалась?
— Да не атака это была. Разведка боем. Посмотреть — где там у них что. Ну и боекомплект у фрицев подвыбить.
— Так новый подвезут…
— Не подвезут — там наши им пути перекрыли. Сейчас так и будем их дергать… О! А вот и наша очередь. Ну, пошли.
И, едва закончившись, тут же началась следующая ""атака"".
— Вы только вперед не рвитесь. Следите за цепью, сигналами. Нам сейчас главное немца подергать, идти к ним не будем.
— Так мы что — так и будем туда-сюда по полю мотаться?
— Так и будем.
— Так ведь потери…
— Много ты видел потерь?"
"— Ну вон — одного-то тащили…
— Раненный он, в ногу — потому и тащили. А так — все вернулись, ну вон может с царапинами. Тебе-то уж не привыкать.
И действительно, на второй день Миха словил осколок, как сказал их сержант — ""повезло, на излете"", потом ему промыли небольшую рану, налепили пластырь и хлопнули по другому плечу — ""ну, с почином"", а через пару часов взводный выдал ему нашивку за ранение — фактически первая его награда.
Димка некоторое время завистливо на нее косился и все спрашивал — было ли больно и страшно. А Миха и не знал. Он и сам не заметил, как его ранило — что-то дернуло в плечо и вдруг стало немного резать.
