Начало пути

От солнца умеешь прятаться?

— С чего ты взяла, что я должен бояться солнца? — с огромным интересом спросил ребенок.

— Ну как же, все знают, чего боятся вампиры: солнце, чеснок и святая вода…

Меня перебил детский смех.

— Говори, что за мазь.

— Не скажу! — Обиженно.

— Как ты думаешь, что сделают с тобой и твоим другом местные жители, когда придут проведать могилки горячо любимых усопших родственничков, а тут вампиры?

Ребенок побледнел.

— Арчи! Кинь мазь, Арчи!

В воздухе что-то мелькнуло. Я сползла по стенке, сжимая зубы до хруста и воя на одной ноте.

— Потерпи! — Мне опять что-то намазывали на руку. — Просто две мази. Одна омертвляет умершее, вторая оживляет живое. Блин, ты много намазала! Ну потерпи.

Ребенок всхлипнул, вытер рукавом нос и продолжил намазывать мне руку серебристой слизью.

Закрываю глаза и пытаюсь дышать.

Вроде… вроде отступает. Не знаю, я уже не соображаю. Темно как-то вокруг… Кажется, я все-таки потеряю сознание.

23:41

Просыпалась медленно, урывками.

Руку сильно дергало, но боли не было совсем, такое ощущение, словно я умерла или ее ампутировали.

В голове проклюнулась новая мысль: «Бывает ли мир без боли?» Я ее осмотрела и затолкала обратно. Только философии недоделанной мне сейчас и не хватало.

— Ну? Ты как? Живая?

Поворачиваю голову и открываю глаза, стараясь сфокусировать взгляд. Рядом сидит грязный ребенок, дрожит, но смотрит внимательно и с любопытством.

— Да.

— Она жива!

— Отлично! Как рука, ведьма? — Голос доносился откуда-то сбоку, приглушенно как-то. Кое-как вспомнила, что вообще случилось. Пытаюсь сесть, чувствуя, как онемели ноги. Лежала-то я в воде. Только грудь и голова наружу. И то только потому, что ребенок держал. Боялся, что, если утону, его уже никто не вытащит. Молодец… соображает.

Помог мне встать, едва сам не рухнув в грязь.

— Нормально.

— Так и должно быть. Скоро пройдет. Не все же сразу.

Киваю и внимательно смотрю на край могилы. Смогу или нет забраться?

— Сначала я. — Меня подергали за куртку и требовательно уставились черными, как сапфиры, глазами.

— Обойдешься. Поможешь мне вылезти, вытащу тебя.

— Не нарывайся, ведьма. Я тебя укусил. А я вампир, тоже ведь утром умрешь. А потом воскреснешь и мне служить будешь.