Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)

— Только со лба корпуса и башни, которые наиболее часто подвержены обстрелу из противотанковой артиллерии — избежать излишнего утяжеления, что чревато частыми поломками ходовой части.

— Мы решили поступить также — на вооружении армий поступают еще противотанковые ружья, и в больших количествах, которым вполне по силам пробить тонкую броню, — Сталин раскурил трубку, посмотрел на море — напротив дворца стоял изящный испанский крейсер, рядом с которым «Червона Украина» выглядела неказисто.

— Пожалуй, вы правы и в другом — для кораблей опасным врагом станет и авиация, недаром все морские державы поспешили обзавестись авианосцами. Наши моряки заверили, что 130 мм пушки можно переделать, что бы они стали способны стрелять по вражеским самолетам — стволам нужно придать большой угол возвышения. Так что мы произведем перевооружение, которое проделали вы — если опыт полезный, то почему его не перенять."

"Сталин присел в кресло напротив испанского адмирала, пыхнул дымком и задумчиво посмотрел на собеседника.

Негромко произнес:

— Мы скоро наладим производство собственных скорострельных пушек и крупнокалиберных пулеметов — есть очень хорошие образцы. И перевооружим ими соответственно все корабли нашего флота. Скажите, почему вы отказались от строительства авианосцев и новых линкоров?

— Они действуют в океане, сеньор Сталин, для ограниченных морских театров не нужны, ведь там они быстро станут жертвой массированной атаки пикировщиков и торпедоносцев берегового базирования.

Мы провели учения, и пришли к этому выводу. Лучше построить несколько сотен самолетов — их можно использовать с большим эффектом, а по стоимости намного дешевле. Да и зачем — на итальянские линкоры есть британские, а на японские Ройял Нэви и американский флот. Колоний у нас немного, да и те уже не колонии, а составные части республики, которым никто не угрожает. Так что строительство линкоров и авианосцев ни к чему — как и вам. Достаточно крейсеров, субмарин и сильной морской авиации берегового базирования, чтобы отбить охоту у любого потенциального агрессора.

— А будь вы, адмирал, у нас морским министром, каким бы желали видеть наш флот?

Сталин улыбнулся, вот только вопрос был задан вполне серьезно, какие тут могли быть шутки…

Дахла

— Потеряв Марокко, мы приобрели нашей провинцией Сахару, и теперь она стала действительно испанской.