Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)

Хорошо, что Кирога не успел распустить армию как таковую, вместо того, чтобы готовую штатную структуру наполнить новым личным составом. Ведь ту же «штурмовую гвардию» и карабинеров, которые на две трети личного состава сохранили лояльность Республике, удалось увеличить больше, чем вдвое. В отличие от «гражданской гвардии», три четверти которой примкнула к мятежникам. А ведь в полицейских формированиях служит шестьдесят тысяч «гвардейцев», из них половину составляет «Бенемерита».

— Генерал Посас с утра уверил меня, что сохраняет полный контроль над «Гражданской гвардией», но лучше ее увеличить за счет наших сторонников — так будет надежней.

Меры к аресту вожаков мятежа мы предприняли. И вот еще что — военным министром назначен командующий авиацией генерал Нуньес де Прадо, и он не полетит в Сарагосу, а останется в Мадриде. В его лояльности нет ни малейших сомнений, как и в вашей, дон Антонио.

Асарола вздохнул с облегчением — генерал действительно с первых часов пытался противодействовать мятежникам.

Вот только зря полетел в Сарагосу — там его арестовали и расстреляли вместе с адъютантами и пилотами. Но теперь этого не произойдет — его список мятежников Хиралем внимательно изучен, и выводы сделаны правильные.

— Мы решили снова назначить вас морским министром, адмирал — вернуть вам тот пост, который вы уступили в феврале, — в трубке послышался голос президента Асаньи, и Арасола моментально напрягся. Теперь он понял, что его разговор с Хиралем слушали и другие.

Да, все правильно — ведь в самом начале переговоров ему сказали, в чьем кабинете принимались решения. — Декрет будет немедленно объявлен по радио. Надеюсь, вы не откажитесь от назначения, сеньор альмиранте?"

"— Никак нет, господин президент, — Арасола встал навытяжку — даже наедине он соблюдал субординацию. Тем не менее, тут же уточнил:

— Только прошу подчинить флоту береговую артиллерию, и все армейские части в военно-морских базах, включая также гражданскую и штурмовую гвардию.

Сеньор президент, еще потребуется…

Кадис

— Что происходит, прах подери! Неужто началось выступление⁈

Вот уже как три месяца бригадный генерал Хосе Энрике Варела находился в заключение в тюрьме Кадиса. Ярый монархист, сторонник «карлистов», он уже целый год терпеливо готовил выступление против правительства, которое, на его взгляд, подлежало уничтожению как непозволительно «левое», или «красное» — так было более понятно для всех монархистов.