Над законом

Лес перед рассветом сильно напоминал театральную декорацию – ночные птицы уже улеглись спать, а дневные еще не проснулись. При полном безветрии деревья казались нарисованными, чему немало способствовал туман, слегка размывавший очертания предметов. Забродов, радуясь жизни, добежал до шоссе и повернул обратно. В голову упорно лезли мысли о деле, но он старательно гнал их прочь. Поводов для положительных эмоций в том, что ему уже удалось сделать, Илларион не усматривал – несколько набитых морд – не в счет и хорошим результатом считаться, увы, не могли.

Он поймал себя на том, что упорно думает, как бы ему не думать о деле, и рассмеялся.

– Ах, так! – сказал он вслух. – Всю эту шелуху мы сейчас из головы вытряхнем!

Не замедляя бега, он подпрыгнул, перевернулся и легко встал на руки, продолжая пробежку вверх ногами. В это время позади послышался нарастающий шум двигателя, мелькнули непотушенные фары, и мимо Иллариона, испуганно шарахнувшись к обочине и просигналив клаксоном, проехал вишневый 'Москвич'.

Забродову показалось, что за рулем сидела женщина, со страхом оглянувшаяся на него. 'Ну, еще бы, – подумал он несколько смущенно, вновь становясь на ноги и переходя на нормальный бег, – испугаешься, когда под утро на пустынной лесной дороге тебе вдруг встречается полуголый псих, бегущий на руках. Кстати, интересно, куда это она поехала? Ведь дорога, похоже, заканчивается у охотничьего домика. Черт побери, вишневый 'Москвич'! Да это же пресловутая Ирма!'"

"Прелесть раннего утра разом померкла, отступив на второй план.

Илларион заторопился, чтобы поскорее оказаться в центре событий, проклиная себя за то, что сразу не сообразил, кто именно обогнал его на лесной дороге.

Ворота еще были открыты. Окончательно проснувшийся охранник как раз собирался запереть их, когда Забродов вихрем влетел во двор, топоча, как беговая лошадь. Впрочем, ничего интересного он во дворе не увидел. Вишневый 'Москвич' стоял у крыльца, а приехавшей в нем женщины нигде не было видно – вероятнее всего, она сейчас обсуждала деловые вопросы в кабинете Плешивого Гуннара.

Вламываться к ним было невежливо и абсолютно бессмысленно, поэтому Илларион решил, пока суд да дело, закончить свою утреннюю разминку.

Он как раз заканчивал бой с тенью, уверенно тесня своего невидимого противника в сторону гаража, когда к нему неторопливо подошли несколько 'лесных братьев'. 'Неужели опять?' – подумал Илларион, старательно делая вид, что не замечает присутствия посторонних.