Над законом

Уезжайте, уезжайте, забудьте про меня, со мной все кончено, уезжайте!

Она уже стучала зубами и почти кричала. Илларион вздохнул и, немного помедлив, залепил ей полновесную пощечину. Голова ее тяжело мотнулась вправо, зубы лязгнули, и она замолкла на полуслове, схватившись за разом покрасневшую щеку и глядя на Забродова неестественно расширенными, полными слез карими глазами.

– Из-звините, – сказала она. – Со мной, похоже, и впрямь сделалась истерика.

– Похоже, – согласился Илларион. – Я вас не сильно ушиб?

Она хотела что-то ответить, но тут позади послышалось приближающееся урчание двигателя.

– Это они? – на всякий случай спросил он у Виктории.

Та молча кивнула, и Забродов развернул ее на сто восемьдесят градусов и основательно толкнул ладонью между лопаток.

– Марш отсюда! – скомандовал он. – И чтобы через минуту была у себя в школе и вышивала там крестиком!

– Я не умею! – оборачиваясь, крикнула она.

– Тогда читай методические пособия!

Он повернулся лицом к приближающемуся автомобилю, на время забыв об учительнице. Побежала она или осталась стоять посреди дороги, уже не имело ровным счетом никакого значения, потому что изменить что бы то ни было – было нельзя.

Джип резко затормозил, подняв в воздух тонну пыли.

Илларион закашлялся, но не двинулся с места.

Внутри пылевого облака щелкнул отпираемый замок дверцы, и сквозь оседающую пыль Забродов увидел направленный на него ствол автомата.

– Полезай в машину, красавец, – сказали ему, – да не дури. Шутки кончились.

– Какие шутки? – пожал плечами Илларион. – С такой шутилкой, как у вас, не очень-то пошутишь.

Илларион прикинул, что было бы совсем не сложно одним прыжком добраться до открытой дверцы и вывернуть автомат вместе с руками, которые его держали, но время тотального истребления противника еще не наступило, и потому он послушно полез в салон автомобиля, встретивший его кондиционированной прохладой и клубами ароматного табачного дыма.

Сергей Иванович Старцев третий день пребывал в раздражении. Более того: в таком сильном раздражении Сергей Иванович не пребывал с того самого недоброй памяти дня, когда несколько лет назад на место начальника таможни, которое Сергей Иванович уже с полным на то основанием считал своим, назначили в обход него этого выскочку Алексеева.., земля ему пухом.