Надежда рода

На поле боя маг часто выжимает резерв до последней капли, на восстановление энергии не остается, и тогда пустяковая рана становится смертельной.

– Что же, разумно, – согласился Савва Никитич, – а пятое какое будет?

– «Отвод глаз»? – предложила я, и на меня удивленно уставились две пары глаз, – а что такого? И в бою, и в жизни ценится умение быть незаметным. Как вариант – заклинание поиска. Это из раздела водной стихии, когда магическая сеть показывает наличие живых объектов поблизости. Человек наполовину состоит из воды, по объему жидкости легко вычислить, кто прячется за стеной.

Если подумать, кровь – тоже жидкость, тогда присутствие ближников определишь без труда.

– Это то, что нужно! – обрадовался Игнат. – Хочу заклинание поиска.

– Ох, боярышня, как же это у вас легко получается, – хмыкнул артефактор.

– Что именно? – насупилась.

– Говорить простые вещи и озадачивать так, что голову сломаешь, пока осуществишь. Тут без Ромки не обойдемся, а он делом занят. Значит, подарок позже доработаем, согласно пожеланиям, а пока заменим центральный накопитель.

Прежний тоже неплох, но с родственной стихией не сравнить. Ну-с, молодой человек, присаживайтесь! Будем, так сказать, оперировать на живую.

Игнат присел на предложенное место, положил руку с протезом на стол и закатал рукав. Свежий срез уже зарубцевался. Кожа медленно нарастала, покрывая блестящую поверхность металла. Пока старший Полозьев работал, я устроилась на краешке стола, вытащила дневник и принялась перерисовывать плетение поиска.

Лишним не будет, даже, если артефакторы с ним знакомы.

Примерно через полчаса в мастерскую заглянул Егорка, сообщив, что невеста готова и можно отправляться.

– Ой, я же подарок забыла отдать! – вспомнила о наборе драгоценностей, за которым специально ходила в родовую сокровищницу.

Спешно открыв тропу, переместилась к Елизавете. Девушка вскрикнула от неожиданности, а Мусечка картинно приложила руку к груди и закатила глаза. Хорошо, из помощниц только Евдокия – личная служанка Алима, которую брат отбил у разбойников по дороге в Кречетов.

Она давно принесла клятву верности, хотя и без нее так прикипела к ашкеназцу, что скорее умрет, чем предаст.

– Нина Константиновна, у меня от внезапной радости лицезреть вас уже глаз дергается, – фыркнула баронесса. – Между прочим, невеста у нас чувствительная особа. Гляньте-ка, уже признаки падучей налицо!

Лиза, которая и не думала биться в припадке, испуганно вытаращилась на женщину.