Надсада
10 прочтений
Вернулись в поселок как раз к вечернему автобусу. Степан дождался, пока машина отъедет, помахал рукой Мише и побрел домой.
Грусть – легкая и светлая – овладела его сердцем. С отчуждением глядел на постройки по обе стороны улицы, по которой хаживал много лет, молча кивал встречному поселковому люду, думал о своем.
Возле дома стояли «жигули», значит, дочь приехала. Училась она в ординатуре, практику проходила в райцентровской больнице, внук Ваня находился у деда с бабкой в Ануфриеве.
– Вот и деда пришел.
Ребенок махал ручками, улыбался, подпрыгивал на коленках матери.
– Пришел-пришел, – недовольно ворчала Татьяна. – С уполномоченным по тайге шастал.
– Каким уполномоченным? Сейчас нет никаких уполномоченных, – откликнулась Люба. – Папа, что еще за уполномоченный?
– Да это я так матери сказал, чтоб не приставала.
– Вот, старый, че делат: обманывать меня взялся. Привел в дом, за стол усадил, меня заставил в кути топтаться, ночевать оставил, а утрясь – уметелили оба в тайгу.
– Аче темнить: корреспондент газеты приезжал, антиресуется, как ведутся заготовки и сколь выполосовали кедрача.
– И что же он напишет?
– Че есть, то и напишет.
– Так, папа, ты же против своего зятя выступаешь?
– А ты, дочка, хоть понимать, че он делат с тайгой? Он же разбойник с большой дороги. Я поездил с мужиками в лесосеку, поглядел, че творится… Даже в войну и после нее при заготовках кедровник обходили стороной, а этот все подряд пластат.
– Вот паразит старый… Ну и па-ра-зи-ит… Ох-хо-хо-хо-хо-о-о… Люшеньки…
– Перестань, мама, ты не понимаешь, что говоришь. Меру тоже надо знать, – остановила Татьяну дочь.
«Ага, – подумал Степан. – Доченька-то не потеряла разум.
Прошло дней десять, и в дом Беловых буквально влетел зять Курицин. Подступил с перекошенной от злобы физиономией, водя перед лицом Степана зажатой в руке газетой:
– Ты че это, батя, делаешь? Ты кого вздумал топить? Родного зятя – мужа твоей дочери и отца твоего внука? Да я ж тебя… Я ж…
– Ты мне, фронтовику, угрожать вздумал?.. – в свою очередь медленно пошел на зятя Белов.