Надсада
0 прочтений
Отчеты свои отвозил в Иркутск сам или отправлял с надежными людьми, как, например, с племянницей Любой, которая нередко выезжала в областной центр.
Последний раз в Иркутск ездил сам.
– Наши предположения такие: эти люди – посланцы вашего нынешнего мэра, причем некоторых из них мы хорошо знаем, – говорил Белову встретивший его Петр Игнатьевич Ковалев (Иванов находился где-то на лечении). – Люди эти очень скрытные, опытные и опасные. Скорей всего, к ним попала какая-то информация относительно золотоносного ручья, причем информация, никем и ничем не подтвержденная, иначе бы они действовали гораздо решительнее.
– А ежели прищемить хвост этому Курице?
– Как? – вопросом на вопрос ответил Ковалев. – Виктор Николаевич все делает чужими руками, нигде и ни в чем себя самого не проявляя. Вот если бы иметь информацию о его прежней деятельности, причем максимально достоверную и серьезную, но таковой мы не располагаем.
– У племянника Володьки должна быть такая.
– Возможно. Но как его привлечь на нашу сторону? И вообще, уважаемый Данила Афанасьевич, может, попытаться найти компромисс с племянником? Люди меняются, да и родной он вам человек.
– С Володькой?.. – вскинулся Белов.
– С ним, – невозмутимо ответил Ковалев. – Я повторяю: люди – меняются, а о нем у нас сейчас имеются самые благоприятные сведения.
– Откуда ж? – удивился Белов.
– У нас тоже в Присаянском есть свой человек, а иначе как контролировать ситуацию?
– Подумайте, Данила Афанасьевич, хорошо подумайте. Владимир Белов прекрасно знает местные условия, он энергичный, влиятельный, такие люди нам как раз и нужны.
– И че же мне теперь: сидеть сложа руки? – в растерянности спрашивал Белов.
– Живите, как и жили. Только с оглядкой.
– Антиресные дела… – развел руками.
С тем и вернулся в Присаянское.
Когда бывал дома, то жадно просматривал все новостные программы по телевизору, надеясь, что правительство примет, наконец, какое-нибудь жесткое постановление или закон относительно сохранения лесов.