Мы бухали и смотрели кино до тех пор, пока нас просто не свалило от усталости под самое утро, а после поехали в универ — все, кроме Кира, который не хотел больше тянуть и собирался рассказать родителям о прощальном письме Никиты. За всю нашу многолетнюю дружбу это был единственный раз, когда мы вот так разделялись — случай с Лёхой не считается, там вообще без вариантов было.
В это утро мы были каждый на своей волне; не разговаривали друг с другом и не особо следили за учебным процессом — даже преподы нас не трогали, словно чувствуя, что толку от нас всё равно не будет.
Всё поменялось после того, как я сделал исключение из одного из собственных правил и поднял трубку, когда позвонили с неизвестного номера; эта привычка выработалась после того, как девушки, с которыми я спал, начинали названивать, думая, что им со мной светит что-то большее, чем просто секс. Не знаю, почему вдруг я решил, что должен ответить — просто пальцы сами потянулись к гаджету и нажали зелёную кнопку.
— Константин? — слышу в трубке незнакомый женский голос.
Именно женский — звонившей по голосу было не меньше сорока.
— Так точно, — устало отвечаю.
Ей Богу, если это очередной консультант из банка — пошлю нахер даже несмотря на то, что это женщина.
Ну и бесит, когда меня называют полным именем — в детстве мать всегда звала меня Константином, когда я где-то косячил.
— Простите, что беспокою, — виновато извиняется она. — Я Светлана Сергеевна, мама Полины Молчановой.
При звуке знакомого имени спина автоматически выпрямляется — вряд ли Молчанова-старшая позвонила для того, чтобы поговорить о погоде.
— Мама Полины? — зачем-то переспрашиваю. — Что-то случилось?
Трубка вздыхает.
— Послушайте, Костя, я понимаю, что это не ваши проблемы, но так вышло, что я в курсе вашей… заинтересованности нашей дочерью… И при любом другом раскладе я была бы против этого и настоятельно рекомендовала вам не лезть в отношения Полины и Богдана, но так уж вышло, что моя дочь передумала выходить за него замуж.
От услышанного тело обдало жаром: неужели Полина наконец-то поняла, что не любит этого кретина, который её не ценит?
— И чего вы хотите?
— Чтобы ты забрал её.
Что?
— Я что-то не понял…
Пока я разговаривал с матерью Полины, мои парни переписывались с Киром в общем чате — держали руку на пульсе, но свою последнюю фразу я, видимо, произнёс как-то эмоционально, потому что они отложили свои гаджеты и вперили в меня вопросительные взгляды.
