— Здравствуйте, девочки!
Это он парням, когда мы подсели к ним на последний ряд; Егор фыркнул, Кир покачал головой, а Макс оскалился в ответ.
— Полагаю, ваша ночь удалась, — констатирует Пернатый, за что получает недовольный взгляд Лёхи. — Хотя, если б я бухал отдельно от друзей, мне как минимум было бы стыдно попадаться им на глаза.
— Что-то я не припомню, чтобы ты стоял на коленях после того своего одиночного похода в «Золотую клетку», — язвит Шастинский. — Но дома ты, наверно, страдал в духе Шекспира: в одной руке склянка с ядом, во второй — кинжал… «Я предал доверие своих друзей, нет мне прощенья!»
Шастинский театрально прикладывает руку ко лбу, прикрывая глаза, и я пытаюсь сдержать ржачь.
Соколовский фыркает, обхватывает рукой шею Лёхи и притягивает к себе в шутливом захвате.
— Шекспир так Шекспир, дружище, — лыбится Макс. — Будешь моей Дездемоной? А то мне страсть как хочется тебя задушить!
Мы всё же ржём, пока препод не делает нам замечание, и ловим восхищённые взгляды одногруппниц: даже тот факт, что трое из нас уже окольцованы, не мешал им пускать слюни на нашу пятёрку.
Хотя мне тоже уже не было никакого дела до того, что аудитория битком набита красотками: всех их уже давно затмила одна-единственная.
— Ты чего пишешь по-японски? — вдруг спрашивает Макс, и я обращаю внимание на то, что Лёха реально развернул тетрадь и хуярит лекцию в альбомном формате.
— Ну что сказать, мне захотелось каких-то перемен в жизни, — отвечает Шастинский.
— По-твоему, перевернуть тетрадку — это перемены? — скептично спрашивает Кир.
— Кардинальные, брат, — серьёзно кивает Лёха, а я едва сдерживаю ржачь от выражения его лица. — Я сутки спать нормально не мог.
Вот же клоун.
Две оставшиеся пары мы вспоминаем «былые деньки» и пытаемся придумать какое-то развлечения для чисто мужской компании — без девушек и жён; хоть против них никто из нас ничего не имел, иногда всё же хотелось просто забыть про весь мир. Но вместе с тем безопасное, потому что одно дело — компания из пяти парней-студентов, и совсем другое женатые парни.
Тут уровень ответственности выше.
— Если мне память не изменяет, мы планировали сгонять на природу, — резонно замечает Егор.
Поворачиваю его голову в сторону окна.
— Ты погоду видел? Какая, к чёрту, природа? Разводить костёр в грязи и ставить палатку на слякоть?
— Так есть же куча турбаз неподалёку — можно туда, — подкидывает идею Лёха.
