Ей очень не нравилось, что девочка так зациклилась на деньгах, и уже точно ничего хорошего нет в том, что точно узнала, сколько именно оставил ей отец, хотя о его богатстве много писали в прессе.
Первое поступление денег на счет Доминики произойдет, когда ей исполнится восемнадцать лет, что, по мнению Гаэль, слишком рано. Она ни в чем не нуждалась, но у Роберта были свои идеи насчет денег, и он с ней не соглашался. Он хотел, чтобы Доминика уже с молодых лет училась управлять его состоянием. Гаэль считала, что это отдалит ее от сверстников, а кроме того, она может начать тратить деньги бесконтрольно.
Роберт так не думал. Доминика, в отличие от него, по натуре не была щедра.
Через несколько дней вновь позвонил Кристофер и пригласил Гаэль на ленч. Он подумал, что это лучший способ узнать ее, и предложил встретиться в старом бистро, которое ему нравилось.
Хоть утро и выдалось суматошным: пришлось ехать на выставку мебели, — она пришла на встречу вовремя. Назавтра предстоял аукцион, где она собиралась кое-что купить для музея Штрауса.
Она была на предварительном просмотре вещей с аукциона, за ленчем показала ему каталог и лоты, на которые будет делать ставки. Ему понравился ее выбор, но вскоре разговор перешел на его музыку. Когда он говорил об этом, его глаза загорались. Недавно он ездил в Прагу по специальному разрешению, чтобы услышать симфонию, написанную его другом. Он упомянул также о том, что год преподавал в Беркли, в известной музыкальной школе Бостона, и просто обожал свою работу, хотя не смог долго жить вдали от родины.
Он оказался интересным и умным собеседником, и, судя по всему, музыка во всех ее формах стала его жизнью. Время, которое они провели вместе, пролетело незаметно, и когда, после превосходного обеда, они стояли у бистро, он спросил, не могут ли они увидеться снова. Она немного поколебалась, прежде чем ответить, — вспомнился разговор с Доминикой, — потом все же призналась:
— Мне бы очень этого хотелось, но недавно дочь заявила, что я слишком стара, чтобы встречаться с мужчинами.
Она считает, мне это не нужно. Так что я предупреждена.
Гаэль рассмеялась, а Кристофер нахмурился и спросил, пронзив ее взглядом:
— И что, вы согласны с ней?
— Кое в чем, — вздохнула она, глядя на Сену. — Восемнадцать лет я не ходила на свидания и немного отвыкла.
По ее мнению, и сейчас это было не свидание, а ленч с новым другом.
— Дети часто бывают жестоки, поэтому их у меня и нет. У меня слишком хрупкое эго, мои чувства очень легко ранить.
