— Прекрасный был день, правда?
Он выглядел таким же довольным и счастливым, как она сама. Единственное, что омрачало ее счастье, — это упорное молчание Доминики: ни слова, ни строчки, не говоря уже о каких-то знаках внимания. Но после всего, что наговорила Доминика, Гаэль ничего такого и не ожидала, однако все равно надеялась.
— Все было прекрасно, — выдохнула она и поцеловала его, все еще не осознавая до конца, что они женаты.
Все произошло быстро. Они знали друг друга чуть больше года, но в ней жила уверенность, что все идет как надо.
Насколько их отношения отличались от жизни с Робертом! Теперь не было огромной разницы в возрасте: они почти ровесники, у них похожие цели и образ жизни. Мир Роберта был совершенно особенным, это мир аристократов и роскоши, которая окутывала ее, как теплое одеяло. Дома, квартира, где они жили, деньги — все принадлежало ему. Она просто вошла в уже готовую, налаженную жизнь Роберта. Да, он был щедр к ней при жизни, обеспечил безбедное существование и после своего ухода и всегда был к ней очень великодушен.
Но сейчас ей хотелось другого: нерасточительного и экстравагантного существования, а простой и спокойной жизни. Возможно, у них родится ребенок, хотя на это она не слишком рассчитывала.
Гаэль и Кристофер стали относиться к этому философски: будет — так и будет, — но решили не пользоваться противозачаточными средствами. Впервые они обошлись без них в брачную ночь. Оба были счастливы, хотя и очень устали после долгого дня, полного волнений."
"Последние недели в мае у обоих выдались очень напряженными.
И Кристофер предложил после Каннского фестиваля провести несколько дней на юге Франции. Этакий запоздалый медовый месяц. Один из фильмов, к которому он писал музыку, как раз закрывал фестиваль. Сейчас Кристофер был целиком поглощен работой над новой картиной. Несколько раз он приглашал Гаэль в студию, предлагал послушать то, что успел сделать, и высказать свое мнение, которое он очень ценил.
Ее буквально завораживал творческий процесс и безоглядность, с которой он бросался во все, что делал.
Он был очень талантлив и одержим работой.
Гаэль и сама с удовольствием приходила к нему в студию, любила наблюдать, как создаются шедевры. Кристофер работал с новейшим оборудованием: синтезаторами, клавишными, — и всегда ей первой играл только что написанную мелодию.
Через неделю после свадьбы Гаэль наконец удалось поговорить с Доминикой. Та ни о чем не спросила, вообще предпочла не говорить на тему свадьбы.
