Нахал

– А вдруг у меня теперь возникнет отвращение к сексу? – равнодушно произнесла, положив голову мне на плечо.

– Не смеши, – мои пальцы скользнули ниже по её животу.

Девушка задрожала, когда я коснулся нежной плоти. Она попыталась меня оттолкнуть, но вместо этого перехватил её руку.

– Покажи, чем ты занималась каждую ночь в моей футболке? – я бережно развернул её к себе лицом, прожигая пылающим огнем глаз.

– О чем ты?

Красавица опустила ресницы, но стыдливый румянец на её щеках оказался красноречивее всяких слов.

– Как ты ласкала себя, когда думала обо мне.

Ангелина подняла голову. Искры из её глаз били через край, отдаваясь волнительным покалыванием у меня в паху.

– Ты прав. Я ничего не боюсь. И тебя не боюсь, – она одержимо улыбнулась, приподнимая ногу и открывая мне лучший обзор на свои прелести.

Ч-Е-Р-Т!

Лина прикрыла глаза, опустив ладонь между ног. Её маленькие розовые соски стояли торчком. Господи, не видел ничего прекраснее! Я приблизился, подхватив её ногу под коленом, не отводя взгляда от тонких пальцев на бледно розовой плоти.

– Нет. Это не для тебя…

– А для кого? – Сжал клитор, ощутив слабую пульсацию под загрубевшей кожей. Лина застонала – я стал медленно проникать внутрь. Продолжал удерживать одну её ногу на весу, терзая припухшие складки. – Привыкай. Мы будем заниматься этим часто.

Она кусала губы, вцепившись ногтями мне в плечо.

– Ненавижу тебя, – шептала, содрогаясь в моих руках.

– Я смогу это пережить, – потянулся к её губам, но гордячка с вызовом отвернула голову.

Хмыкнул, вводя в неё два пальца. Лина взвизгнула. Там было так узко, мама дорогая. Я то погружался в нее, то тискал клитор, лаская чувствительную область по часовой стрелке. Ангелина крутила задницей, до кровоподтеков впиваясь мне в кожу.

Она так сильно текла, что можно было попробовать еще раз.

Непременно попробуем…

– Э-э-д… – девочка вскрикнула, закрывая лицо.

Упругий бугорок плоти стал сжиматься под моей рукой.

Подхватил её на руки и понес в спальню. Обнаженная девушка свернулась клубком, прикрывая глаза. Бережно укрыл её и направился к шкафу: стянул мокрые боксеры, натянул сухие и забрался к Лине под одеяло. Притянул её к себе, уплывая в тревожный сон.

За окнами бушевала гроза, а мы спрятались от всего остального мира. Вдвоем.