Первым, кого она увидела, был Старский, который прошептал нежно:
- Аринка-мандаринка, с возвращением!
Арина тут же дёрнулась, пытаясь ощупать себя.
- Спокойно, спокойно, тише! Всё хорошо!
- Я… в платье?
- Всё на месте, не переживай. Он тебя не тронул. – Макс погладил её по щеке и добавил шёпотом. - Я успел вовремя.
Твою мать, меня сейчас стошнит. Вышел прочь в коридор. Засунул руки в карманы. Несколько раз глубоко вздохнул. Внутри раздался шум. Кто-то ругался. Ну, разумеется.
- Она отказывается от госпитализации.
– Всплеснула руками женщина в медицинской одежде. - Воздействуйте на неё!
- Всё нормально со мной, ясно? – Огрызнулась Арина. – И иголки свои уберите уже! Я в норме. Мне просто надо поспать! – Смешно наморщила лоб, словно прислушиваясь к себе, затем добавила. - И поесть. А у вас в больнице явно кормят блевотиной.
Улыбнулся про себя – теперь видно, что она, и правда, в порядке. Арина хитро прищурилась:
- Мне нельзя покидать съёмочную площадку.
Как же зрители без меня. – Добавила с нажимом. - Да, Ирина Викторовна?
Струкова переводила растерянный взгляд с доктора на свою дойную корову для рейтинга, и обратно. Жажда выгоды победила, и она неуверенно пролепетала:
- Ну, вообще-то, мы можем и сами обеспечить девочке должный уход. У нас на площадке все условия. Завтра обязательно доктора пригласим, обещаю.
- Ну, смотрите. Последствия отравления могут проявить себя отдалённо, поэтому наблюдайтесь у терапевта в течение недели минимум.
– Оскорблённо поджав губы, сказала доктор, вручая Арине листок с ручкой. – Подпишите здесь. Дома обязательно обильное питьё, физическую активность на пару дней ограничить, постельный режим по самочувствию. Всё понятно?
Последние слова предназначались, главным образом, режиссёру. Ирина с готовностью кивнула:
- Всё сделаем, спасибо вам большое!
- Выздоравливайте, всего доброго.
Прикрыл дверь за бригадой скорой помощи и обернулся к оставшимся.
Ирина провела рукой по волосам:
- Ну, ты даёшь, Кострова. Просто девочка-авария. Стоп, камера, Хворостов. – Струкова бросила быстрый взгляд на оператора и тяжело опустилась на край кровати. – Фух! Что-то я устала. Макс, всё, больше не снимаем, можешь идти. – Ласковый взгляд и тон предназначались Старскому, не Арине. Посмотрев на свою подопечную, Струкова нахмурилась. - Набегалась сегодня за тобой по этажам, как никогда.
