Наизнанку

Припарковались недалеко от места назначения и пошли пешком до шоколадного царства. Я не спец в распознавании и считывании эмоций, но то, что ему нравится увиденное-это факт.

— Марин, я…

— Значит тоже здесь никогда не был.

— Слушай, ну у нас реально задница слипнется.

— Не слипнется. Его же не надо есть сейчас, да и к тому же сходил бы ты один в музей шоколада?

— Да я бы и с кем-то сюда не сходил. Смотри, — указывает рукой на огромный шоколадный корабль. — Охренеть, я хочу его. Я надеюсь тут принимают карточки, у меня нет налички.

Б*я, да здесь можно оставить годовой доход.

— А ты джакузи продай, гляди и хватит на четверть магазина.

— Лапа моя, ну хоть сейчас помолчи.

— Вот я знала, что тебе понравится. Двухметровый мальчик дорвался до шоколада.

— Полутораметровая девочка тоже облизывается на шоколадного зайца или мне кажется?

— Не кажется. Купи мне его. И еще вот это и это. И вообще…

— Давай всего по чуть-чуть. Ну не всего, конечно, но хотя бы разных вкусов. Надо было сразу сюда, вместо твоего пиф-паф.

— А если бы не пошли на пиф-паф, то вы бы, Марк Михайлович, не залезли бы мне в лифчик. Когда еще удастся туда залезть?

— Через полчаса, максимум через час. Нас как раз ожидает пункт номер пять, то есть моя квартира, это если ты не поняла.

— Время покажет, а можно мне еще вот тот мячик, молочно-белый.

— Гуляем, дочь моя, а весь следующий месяц будем жить на подтирухе. Ой, прости, на затирухе.

— Фердипердозно.

— А то.

***

Всю дорогу мы почему-то молчали, лишь один раз перебросились парой фраз.

Не знаю, о чем думал Марк, лично я о том, что сейчас веду себя нечестно. Я не смогу ему дать сейчас то, что он хочет. Это слишком быстро и даже как-то доступно что ли. Нет, я не то чтобы старомодна, но все это чересчур в ускоренном варианте.

— Не забудь цветы, — блин, а я ведь про них уже забыла, как и то, что не заметила, как мы уже приехали и стоим недалеко от его подъезда. Ну и что теперь? Позорно сбегать, прихватив с собой шоколадного зайца, мячик и прочие шоколадные шедевры? Выхожу из машины и как какая-то потеряшка уставилась на Марка.

— Марк…

— Ой, не начинай. И вообще я ничего не слышу, у меня сахарные пробки в ушах. Пойдем, — открывает мне входную дверь, и мы поднимаемся на нужный этаж. Нет, так нельзя, это что же получается, я с ним за шоколад что ли пересплю? Ужас какой-то.

— Ну как так можно громко думать, Марина?

— Что?

— Ничего, заходи.

Прохожу в квартиру и снимаю с себя верхнюю одежду.