Она выглядит свежей, бодрой и естественной. Щеки слегка раскраснелись, а прекрасные глаза в ожидании смотрят на меня. У нее на губах появляется озорная улыбка.
– Красивое платье, да? – хихикнув, спрашивает Тамсин и один раз кружится, так что белая ткань взлетает. Сказочное движение, которое в этом месте выглядит настолько нереально, что заставляет меня выйти из транса.
19
Тамсин
Рис потрясающе выглядит в пиджаке и обтягивающей темно-синей футболке. А я так разнервничалась, что исполнила пируэт посреди кафе. Смещенная активность[12], так сказать.
В этом отношении я как кошка, которая не может выбрать, то ли ей гоняться за мухой, то ли что-нибудь поесть, и в итоге начинает вылизывать живот. Но мне, к счастью, удается сдержаться и не начать на людях лизать себе живот. В этом, наверное, и заключается главный секрет всех моих достижений.
– Не только платье, – говорит Рис. – Ты… сногсшибательна.
– Спасибо, ты тоже, – отвечаю я и чувствую, что краснею.
Рис вешает мою куртку в гардероб и приглушает свет.
Потом он подходит ко мне и отодвигает один из двух стульев, стоящих у красиво накрытого стола.
– Спасибо, – негромко произношу я и сажусь, а он аккуратно придвигает стул к столу. – А ты джентльмен.
Оглянувшись, замечаю, что он улыбается.
– Могу я предложить вам что-нибудь выпить, миледи? – спрашивает он. – Выбирай что угодно из нашего обычного меню. И еще я поставил охлаждаться бутылку белого вина и пиво.
– Думаю, я буду пиво, – заявляю я. По-моему, пиво придает определенную степень крутизны.
– Сейчас будет. – Рис уходит, и мне слышно, как он гремит чем-то на кухне. Воспользовавшись моментом, решаю запечатлеть в памяти эту чудесную атмосферу.
– Щелк, – бормочу я и помещаю в воображаемый альбом воспоминаний новое фото. Вскоре возвращается Рис с двумя бутылками холодного пива, которые открывает на ходу зажигалкой. Всегда восхищалась этим умением. Он садится напротив и протягивает мне бутылку.
– Что ж, выпьем, – говорю я, и мы чокаемся.
Мне трудно оторвать от него взгляд, настолько меня завораживает его вид.
Какое-то время никто из нас не издает ни звука. Мы поглядываем друг на друга и смущенно опускаем глаза, только чтобы потом снова встретиться взглядами. Он улыбается, и я улыбаюсь, и в целом мы оба заняты тем, чтобы, с одной стороны, не прерывать этот момент, а с другой – пережить его горько-сладкое совершенство.
– Итак, вот мы и здесь, – наконец произношу я, нарушая тишину. Я скрещиваю ноги под столом и случайно задеваю его ногу.
