У меня возникает ощущение, что наш разговор становится для Риса некомфортным. – Давай выпьем за это. – Я поднимаю бутылку и одариваю его, как мне хочется верить, ободряющей улыбкой. Он не должен думать, что я его к чему-то принуждаю.
Когда мы доедаем, Рис встает и убирает тарелки.
– Можно мне заглянуть на кухню? – любопытствую я.
– Конечно, пойдем, – соглашается он.
Захватив пиво, я следую за ним. Кухня блестит холодной нержавеющей сталью. Большие чистые кастрюли стоят на плите и ждут завтрашнего дня. Пока Рис быстро моет посуду, я прислоняюсь к двери и ковыряю этикетку на бутылке.
– Спасибо за еду, – говорю я.
Вернувшись в зал, мы снова садимся за стол с новыми бутылками пива. Атмосфера разрядилась. Возможно, алкоголь сделал нас раскованней, возможно, мы понемногу сближаемся, трудно сказать.
Рис спрашивает, почему я изучаю литературу и всегда ли хотела этим заниматься. Я рассказываю ему об отсутствии возможностей в таком месте, как Росдэйл. О том, что для меня литература всегда означала захватывающий мир за гранью скуки.
– Знаешь, – произношу я, обрадовавшись теме, на которую могу говорить часами, – для меня магия книг заключалась в том, что они позволяли мне перенестись из Росдэйла в абсолютно другой мир. Стоило открыть книгу, и я оказывалась где-то еще. Любой, кто придет ко мне в гости и взглянет на книжные полки, наверное, подумает, что я космополит[13]. А ведь я еще ни разу не выезжала за пределы США, – смеюсь я. – Но помимо американских классиков вроде Твена, По или Керуака на моих полках стоят русские авторы, французские, английские, ирландские.
Я люблю Джейн Остин и сестер Бронте так же сильно, как Оскара Уайльда, Флобера или Толстого.
– Громкие имена, – с улыбкой отвечает Рис.
– Важно лишь то, что это моя страсть. – Я ненадолго замолкаю, потому что мне кажется, что страсть – странная тема для первого свидания. У меня начинают сильно гореть щеки. Ну и плевать. Пусть знает, чем я увлекаюсь. – Я имею в виду язык книг и темы. Счастье и несчастье главных героев.
Меня пленяет история, и я погружаюсь в нее с головой. – Подняв глаза на Риса, проверяю, не утомила ли его своими восторгами. Но он как завороженный смотрит на меня своими голубыми глазами. Поэтому продолжаю: – Часто я чувствую себя бездомной, после того как заканчиваю книгу. Пока читаю, я живу в Москве девятнадцатого века или в Торнфильдхолле вместе с Джейн Эйр. Так что, может быть, я действительно космополит. – Пожимаю плечами. – Правда, только книжный.
