Алексей ушел, а Арсен разглядывал второй снимок. Как будто надпись, фото смазанное, но он все равно узнал. Это не надпись, это татуировка.
«Мon Сher»*, вот что там написано. Значит, чутье его не обмануло, она не привиделась ему во сне, да и сон ли это был? А может, Арсен ошибается и Агата просто попала в беду, его она лишь позвала на помощь как старого знакомого?
Внутри звенело натянутой тетивой, а это верный признак того, что происходящее касается его лично. Головой увязать девушку, носящую имя полудрагоценного камня, и прилетевшие фото, не получалось.
Зато это отлично получалось сделать у его… В общем, не головой.
Он вспоминал модельку, которую привозил водитель Навроцкого около месяца назад. Арсен до сих пор смутно помнит, как это было, но почему-то тогда происходящее казалось нормальным и естественным.
Он уснул. Как ушла девушка, не помнит. Но Лешка ее лично выпроваживал, и когда Арсен проснулся, ее уже не было. Ничего особенного, если бы не сны. Так сны ли?
— Арсен Павлович, может, подогреть?.
. — к Арсену услужливо склонился метрдотель, и он вспомнил, что так и не успел поесть.
Миллиардер Ямпольский планировал пообедать в своем собственном ресторане на крыше «Манхэттена» — своего же собственного отеля. Блюда стояли нетронутыми, музыкант с виолончелью нервно поправлял бабочку. Арсен любил обедать под живую музыку.
— Уберите, — кивнул метрдотелю на стол и положил купюру. — Принесите кофе. А это музыканту. Передайте, что я прошу прощения.
На стол легла еще одна купюра. Есть не хотелось и слушать никого не хотелось.
Он допивал третью чашку кофе, когда неслышно вошел Алексей, как и положено хорошему безопаснику.
— Арсен Павлович, мы ее нашли.
Ямпольский даже глаза прикрыл.
— Агату?
— Агату? Нет, докторшу, это Велесова Марина Александровна. А пациентка ее Мансурова Агата…
— Мансурова? — Ямпольский вскинулся и впился взглядом в начальника охраны. — Жена Тагира? Этого сучоныша?
— Его…
Ярость поднималась изнутри и растекалась по телу по венам, смешиваясь с кровью.
Тагир, сын Маркелова. Внебрачный, зато единственный. Ринат помогал ему, хотел в бизнес ввести. А тот в Мансуровых пошел, нет там ни хватки Ринатовой, ни чутья, ничего. И желания что-то делать нет, только к деньгам желание.
Терпение Маркелова лопнуло, когда сын вывел на свой офшор крупную сумму и ушел в бега. Ринат стянулся, финансовую дыру закрыл, а сына вычеркнул из жизни навсегда. Тагир приходил к Арсену требовать долю наследства, Ямпольский отказал.
