— Ты так думаешь? До чего же здесь холодно!
— Да, но только вспомни, сколько нам платят! Причем полицейские свиньи не могут сюда прийти и всюду совать свой нос!
— Ладно, заткнись, твой ход, а ты тут расселся и болтаешь только!
Вновь стало тихо. Только карты шлепались на камни, и время от времени раздавались короткие комментарии игроков. Однажды они чуть было не вцепились друг другу в волосы, но остальным удалось их утихомирить.
Марко и Халькатла наконец смогли взглянуть на Руне. Внутри было так темно, что они не могли разглядеть все детали, но когда им удалось передвинуть его поближе к самой широкой полоске света, они определили, что нога его сломана примерно в середине голени.
Халькатла отодрала пару щепок от старой сломанной кухонной скамьи, она использовала их как шины, а Марко снял с себя рубашку и обмотал ее вокруг перепачканной ноги Руне.
— На месте перелома открытая рана, — сказал Марко. — Но я думаю, она легко затянется.
Сначала Халькатла ничего не говорила. Губы ее были крепко сжаты, как будто она вообще хотела промолчать, чтобы не смущать никого.
Она молчала до тех пор, пока они не закончили, и Руне не сел наконец — с их помощью. А потом произнесла, как бы между прочим.
— У тебя не шла кровь, Руне. Из раны что-то вытекло, но совсем немножко. Такое светлое. Как сок деревьев…
Руне отвернулся. Хотя здесь царил полумрак, и лицо у него было совершенно непроницаемое — как у дерева, они могли видеть, насколько он удручен.
Халькатла вдруг схватила его голову обеими руками и притянула к себе.
Слезы закапали на его спутанные волосы, похожие на коноплю.
Марко держал руку Руне в своей. Удивительный парень-мандрагора сидел совершенно тихо, он был благодарен им за их дружеское участие. У него просто больше не осталось никаких душевных сил для сопротивления.
Именно тогда они поняли, до чего же сильно ему хотелось бы быть человеком.
Наконец, они отпустили его, и все трое уселись, тесно прижавшись друг к другу, на очень короткой, прикрепленной к стене, кровати.
— Мы не можем встретиться с ним, — тихо сказал Марко. — Не сейчас.
— Нет, — ответил Руне. — И особенно ты! Марко был с ним согласен.
— Он не должен уничтожить меня, это не годится.
— Сколько у тебя бутылок?
— Две. Эллен и моя."
"— Опасно, слишком опасно! Надо убираться отсюда. Пока он не появился.
— Кого мы можем позвать на помощь?
— Демонов урагана больше нет. А духи предков либо оберегают живых из рода, либо присматривают за Тувой и Мораганом.
