Он закричал, но предмет его гордости застрял, как в тисках. Минуту спустя он уже лежал животом на земле, все, что было у него спереди, было изъедено кислотой, он был мертв.
То же самое произошло со всеми мужчинам, избравшими черных эльфов.
Четверо мужчин, доставшихся печальным демонам погибели, застрелились, лишь заглянув в эти полные уныния глаза.
Суль, Ингрид и Дида отнюдь не были такими кровожадными. Они позволили мужчинам пройти половину пути, а потом вызвали у них иллюзию того, что они — лягушки, и мужчины, квакая, устремились в болотце неподалеку, где с размаху шлепнулись в ледяную воду.
Тот, кому досталась Тун-ши, думал, что ему повезло больше всех — пока эта потрясающая женщина не начала тихо напевать колдовские заклинания и не заманила его на крышу хижины. Он сиганул оттуда вниз в огромном прыжке — как птица раскинул руки — и шлеп, с ним было кончено!
Трое женщин-демонов ночи, которых Лилит захватила с собой, вызвали у своих избранников ужасные кошмары, именно в тот момент, когда тем казалось, что у них все превосходно.
Одному из них показалось, что под ним — полуразложившийся труп, у другого в руках неожиданно оказался покрытый слизью гигантский угорь, а третий обнаружил, что собирается предаться любовным утехам со старым дряхлым стариком.
Но хуже всего пришлось тем, кому удалось урвать себе трех красоток из Демонов погибели. Один из них, соблазненный своей дамой, был осужден потом на вечное проклятие: ему был уготован тот же путь, что и Тамлину когда-то — в пустоту вселенной, где он должен постоянно вращаться во времени — без конца.
Тот, кому достался демон ложной надежды, подумал, что теперь ему уготовано блаженство всего мира — но лишь до того момента, пока тело его не стало разваливаться кусок за куском, пока смерть, наконец, не сжалилась над ним. Третий был просто уничтожен, и от него ничего не осталось.
Сражение было выиграно. Женщины переглядывались и улыбались. Или громко хохотали — в зависимости от темперамента.
Жалких мужчин, переживших эту баталию, погнали вниз по дороге. Один из них был без штанов. Суль и Ингрид бежали за ними и шикали, чтобы напугать. Обе красивые молодые ведьмы хохотали в голос.
— Ой, — вздохнул Марко, и устало уселся на скамью.
— Хотелось бы и мне быть там, — заныла Халькатла.
— Как же нам выбраться? — услышали они трезвый и сухой голос Руне.
Марко тут же поднялся.
— Эта дверь не может быть особо прочной.
