Неясно было, имел ли он какое-то отношение к друзьям Габриэла, но мальчик, во всяком случае, был очень взволнован. Все непонятное он почему-то связывал с тем, что с ними случилось.
— Тебя зовут Габриэл, — сказала я задумчиво. — И вчера ты упомянул некоторых второстепенных персонажей, которых я знаю очень хорошо.
— Правда? — удивился он.
— Да. Понимаешь, Габриэл, Габриэл — родовое имя в роду моей бабушки со стороны матери, Оксенштернов из Корсхольма и Васы. А ты упомянул…
— Да, но меня же так окрестили именно в их честь, — радостно выпалил он.
— В знак благодарности за то, что их род сделал для Людей Льда! И потом оно еще прекрасно вписывалось в те библейские имена, которые носят все в роду Гардов.
— Да, ты говорил. А ты знаешь, когда вы оказались связаны с Оксенштернами?
— О, давно! Был Тарье, который женился на Корнелии Эрбах.
— Эрбах? Это имя есть в моем генеалогическом древе. Граф Георг из Эрбаха и Бройберга. И его дочь Юлиана Эрбах, которая вышла замуж за Георга Лёвенштейна Шарфенека.
— Да, но это же был дедушка Корнелии со стороны отца! Этот Бройберг! А родители ее умерли, так что Юлиане пришлось взять на себя заботы о ней!
— Но Габриэл! Получается, что мы с тобой родственники! Хотя и весьма дальние.
А дочерью Юлианы была хорошо известная Марка Кристина, которая вышла замуж за Габриэла Оксенштерна старшего и так попала в Швецию. Габриэл был там маршалом.
— Ну, — проговорил Габриэл, широко раскрыв глаза. — До чего же странно! Марка Кристина воспитывала сына Тарье Микаэла, они стали очень хорошими друзьями.
Как и сын Микаэла с сыном Марки Кристины, которого тоже звали Габриэл.
— Ага, — сказала я. — Габриэл младший был камергером, а его сын стал известным генерал-майором — Гёран Оксенштерн. Все они были графы и все — Оксенштерны из Васы.
— Ой-ой, — вздохнул Асбьёрн со своего водительского места. — Маргит опять взялась за свою родословную! Теперь ее остановить будет трудно.
— Гёран Оксенштерн?! — воскликнул Габриэл вне себя от радости. — Ведь это же он вместе с Даном Линдом из рода Людей Льда и его сыном Даниелем сыном Ингрид принимал участие в финской кампании и был ранен у Вильманстранда!
— Ранен в руку, да, — сказала я.
— И она потеряла подвижность, он уже больше никогда не мог ею пользоваться. Гёран был отцом скальда Юхана Габриэла Оксенштерн…
Габриэл погрустнел:
— Который был хорошим другом Сёльве, до того, как Сёльве переменился, и у него появились черты отмеченного проклятием.
— Но Юхан Габриэл — не мой предок, — сказала я.
