Кроме того, и Анджело, и он накачались наркотиками. Судя по твоим словам, Анджело был не так уж неповинен.
— Ты права, — кивнул он. В глазах появилось какое-то странное, непонятое Ли выражение. — Я не намеревался его убивать. Но и миндальничать с ним не собирался. Скорее всего избил бы до полусмерти… если бы сумел отобрать оружие.
— Но ты не сумел.
— Сам не знаю, как это вышло. Что ни говори, а я был куда выше и сильнее. Но он все еще не пришел в себя, а мне ярость глаза слепила. Он пригрозил мне пистолетом, а я набросился на него.
Завязалась драка, и кто-то из нас задел курок. Билл умер у меня на руках.
— Поэтому тебя посадили?
Майкл кивнул и снова плеснул себе виски.
— Анджело и Билла хоронили в один день. К сожалению, я не смог прийти на похороны.
— Но я все же не понимаю, почему тебя арестовали. Ведь это была самооборона!"
"— А вот дядя Билла с этим не согласился, к тому времени он уже стал капитаном участка. У него нашлись веские аргументы: я был на год старше и не в пример крепче.
Он обвинил меня в смерти своего тезки и единственного сына сестры. Пообещал, что остаток дней своих потратит на то, чтобы мне жизнь медом не казалась, и, как позже выяснилось, не солгал. Уильям Труманти — человек слова.
— Уильям Труманти?! — ахнула Ли, подавшись вперед. — Ты убил племянника комиссара Труманти?
— Совершенно верно.
— Господи!!!
— И за это отсидел четыре года. Но каждую минуту свободного времени проводил в библиотеке. Учился.
— Чему?
— Изучал юриспруденцию. Сообразил, что если уж мне выпало на долю постоянно сталкиваться с законом, нужно по крайней мере сообразить, как его обойти.
Позже я решил, что на свете существуют более интересные вещи. Выйдя из тюрьмы, я записался сначала в колледж, а потом — в университет.
Ли встала и открыла блюдо с салатом «Цезарь».
— А потом?
— Я открыл у себя настоящий талант делать деньги, причем самым законным способом. Сначала в строительстве. Я вырос на улицах и мог общаться со строительными рабочими на их уровне, но знал также, как заключить выгодную сделку и получить от нее прибыль.
Первые несколько лет все шло отлично. Даже лучше того. А потом мой бизнес стал расширяться, и Труманти узнал об этом. Не успел я оглянуться, как загремел под арест за попытку подкупить городского инспектора. Остальное — история. Чем выше я поднимался, тем тяжелее становились сыпавшиеся на меня обвинения.
Он помедлил и взглянул на ее руки. Она зачерпнула салата, но ложка повисла в воздухе.
