И только потом потянулся за запиской, небрежно поддел листок большим пальцем, а когда они приближались к пешеходному перекрестку, где чернел знак «стоп», сбросил скорость и нехотя опустил глаза.
— Твою мать! — взревел он, так сильно ударив по тормозам, что ремень безопасности Сэм перекрутился, а багажник машины занесло.
Шредер еще раз прочитал записку, медленно поднял большую темноволосую голову и уставился на Сэм. Карие глаза блестели изумлением и восторгом гончего пса, взявшего след, или безмерно счастливого ротвейлера при виде сочной говядины.
Шредер тряхнул головой, словно пытаясь ее прояснить."
"— Нужно срочно позвонить капитану Холланду, — решил он, снова подкатывая к обочине и вытаскивая сотовый. — Какая удача, Литлтон! — восклицал он, нажимая кнопки. — Если Мэннинг не объявится в ближайшие часы живым и здоровым, ты только что поднесла нью-йоркскому департаменту полиции, причем буквально на блюдечке, расследование, которое сделает тебя героиней, а Холланда — следующим комиссаром полиции. И тогда комиссар Труманти сможет умереть счастливым.
Это Шредер! — рявкнул он в телефон. — Мне нужно поговорить с капитаном. — И, немного послушав, уже спокойнее сказал:
— Передайте, дело срочное. Я подожду. — Он перевел телефон в режим «mute»8 и объявил:
— Не будь ты уже златовласым ангелом Холланда, наверняка стала бы им сейчас.
Сэм подавила возопившую в душе сирену тревоги.
— То есть как это «ангел»?
Шредер ответил несчастным, пристыженным взглядом.
— Забудь, что я это сказал. Не мое дело, что там у вас с Холландом.
Теперь ясно, что у тебя куда больше достоинств, чем всего лишь хорошенькое личико. У тебя поразительные инстинкты, настойчивость, упорство и способности. Только это и имеет значение.
— В этот момент для меня имеет значение только твой намек на то, что капитан Холланд питает ко мне некоторую слабость, и я желаю знать, почему ты так считаешь.
— Черт, да у нас в Восемнадцатом все так считают!
— Ну да, теперь мне стало гораздо легче, — саркастически бросила она. — А теперь отвечай, или я покажу тебе такое упорство, какого ты…
На другом конце линии что-то сказали, и Шредер повелительным жестом велел Сэм помолчать.
— Я подожду, — повторил он, оглядывая Сэм, очевидно, чтобы решить, насколько реальна ее угроза. Решив, что она пойдет на все, он неловко откашлялся. — Рассмотрим факты, — начал он, снова нажимая кнопку «mute». — Ты, совершенно неопытный детектив, захотела попасть в «убойный» отдел Восемнадцатого. Захотела — и попала.
