Наложницы ненависти

— Если он будет просто ждать, — мягко произнес комиссар, — эта участь и вправду будет незавидной: при любом исходе великий магистр не забудет его поведения.

— Вы хотите посадить Франца на трон, — понял Кортес.

— Де Гир единственный, кто сможет объединить чудов после катастрофы, которая их ожидает, — спокойно ответил Сантьяга. — Он не допустит междоусобиц и прекратит бессмысленные боевые действия. Темный Двор не заинтересован в длительном течении конфликта.

— Не слишком ли он опасен?

— Он был опасен, — объяснил комиссар.

 — Но в ближайшие тридцать-сорок лет все усилия Франца будут направлены исключительно на преодоление последствий катастрофы. Затем Орден начнет наращивать жирок, на это потребуется еще лет двадцать, а затем Франц станет слишком старым, и ему придется уйти.

— А он мог стать величайшим магистром в истории Чуди, — грустно улыбнулся наемник.

— Мы тоже так думали, — согласно кивнул нав.

— И позаботились о нем.

— По-соседски. — В черных глазах комиссара заиграли веселые огоньки. — Франц нашел в себе силы выступить против решения совета, потому что видел то же, что и мы: он знал, что через несколько лет Чудь могла бы занять главенствующее положение в Тайном Городе.

Но остальные рыцари захотели все и сразу.

— Вы так планировали?

Сантьяга выдержал паузу:

— Я на это надеялся.

— Застарелые обиды и неудовлетворенные амбиции — самые ценные качества у лидеров враждебных домов, — потянулся Кортес. — Кстати, вам шах.

— Подобные слабости делают их предсказуемыми. — Комиссар изучил положение на доске и положил своего короля: — Вы победили, Кортес, поздравляю.

Сантьяга откинулся на спинку кресла и поправил украшенную черным бриллиантом заколку галстука:

— В настоящее время меня несколько беспокоят хваны.

— Маршалы хамелеоны призваны в гвардию? — Четырехрукие убийцы формировали одно из самых боеспособных подразделений чудов, и в том, что нава это «беспокоило», не было ничего странного.

— Почти, — улыбнулся комиссар. — Великий магистр повелел им явиться в Замок, но наши друзья пока не спешат выполнить этот приказ.

Те немногие маршалы хамелеоны, которые были в городе, отозваны, а новые в расположение гвардии не прибыли.

— Им не нравится дружба Ордена с Кадаф?

— Но почему? Кадаф является мощнейшим потребителем Золотого Корня. Если гиперборейцы вернутся, то хваны будут завалены заказами на много веков вперед.

— В том-то и дело, что нет, — снова улыбнулся комиссар. — Большой рынок разрушит монополию семьи Хван на производство Золотого Корня.