Нам с тобой нельзя

Найду чертову причину.

3

НИКИТА"

"Как всегда, приезжаю с запозданием, но не по своей воле в этот раз... Виноваты те, кто не знал обо мне и решил, что гопстопнуть дядю будет полезно. Вот только дядя оказался ""папой"". Резко торможу у знакомого особняка и пытаюсь собрать свои нервы до кучи. Мандраж. И из-за того, что уже случилось, и из-за то , что случится. Рабочее отходит на творой план, на первом нынче другое.

Это моя семья. Я «дядя» Светы. Надя моя «сестра». Мы «семья». Там будет Аиша. Я справлюсь.

Самовнушение штука тонкая, главное в нее верить.

Хватаю небольшой подарок для Светы, пусть основной ждает ее чуть позже, и пакеты для всех остальных, выхожу из машины. Подсознательно начинаю улавливать сомнения, а понравится ли. Рукав рубашки натягивается так, что видно тонкую полоску красной нити. Все никак не могу сорвать и забыть, она выедает кожу, вечно напоминая, кто подарил. Постоянно подкидывает картинки прошлого.

—Никита, я обижусь, вот серьезно, —Надя стоит у входа и нетерпеливо машет рукой.

Обижается, конечно, еще бы. Пропал на год под благовидным предлогом, выдуманным. —Редиска ты, — обнимает меня и легонько бьет кулачком в грудь. Я был бы и рад тут быть все свое свободное время, но в тех условиях приходилось выбирать. Я выбрал. Обезопасить своих и не быть мудаком. Хотя бы с одной девушкой в своей жизни.

—Привет, Надюш, — с годами она стала другой, не менее прекрасной, но при этом другой. Роды ее поменяли, да и жизнь тоже. Проблемы с мужем, которые так или иначе маячили на горизонте из-за нашей «деятельности», наложили отпечаток в виде неглубоких морщинок.

Но все равно она счастлива.

Я рад, что в свое время смог сломать себе хребет, но дать ей это счастье. А мог бы поступить иначе.

—Ну как ты, дорогой?

—Лучше всех, ты же знаешь, — захожу в дом и сразу начинаю сканировать пространство.

—Знаю, что лучше всех, но все равно переживаю.

В этом вся Надя. Обостренное чувство волнения насчет всего. Мне кажется, сначала родились эмоции, а потом Надя.

—Незачем.

Вы тут как?

—Ой, каждый день качели, — хмурится и отводит взгляд.

—Кто это у нас явился, не запылился! —Рашидов тяжелой походкой ступает навстречу по лестнице. Неудачное падение на лыжах месяц назад сказывается своеобразно.

—Как дела, одноногий Джо? — подкалываю, стараюсь сбить внутренний мандраж перед встречей с ней. Я кремень, мать вашу.

—Еще месяц похромаю и нормально, — Рашидов постарел, но не сдал позиции. В нем все еще чувствуется порода и сила.