Намбандзин (СИ)

Оказалось, что сохэи за ночь основательно подготовились к нападению. На площади перед ториями были вкопаны в пять рядов колья из бамбука, не объедешь. Сразу за ними стояли на колене в пять шеренг пикинеры, за ними глубиной в три шеренги и шириной около сотни человек — аркебузиры, а потом смешанная пехота, в основном вооруженная нагинатами. То есть враг скопировал введенную мной тактику, разве что огнестрельного оружия хватило всего на три сотни воинов. Наши самураи прекрасно знали, чем заканчиваются атаки на такое построение, поэтому и позвали меня на совещание.

Мне хватило одного взгляда, чтобы оценить ситуацию и принять решение, поэтому, не дожидаясь вопросов Хасибы Хидэёси, который явно не знал, что надо делать, сказал ему:

— Первыми пойдут асигару-тэппо.

Мои подчиненные перешли вперед и перестроились в шесть шеренг, которые оказались немного длиннее вражеских. Я на коне расположился позади. Отдавал приказы громко, рявкая, для чего японский язык подходил, как никакой другой. Пока что ситуация не отличалась от того, как было во время частых тренировок, и подчиненные четко выполняли мои команды — шагали в ногу, приближались к врагу.

С каждым шагом росло напряжение. Чем ближе подойдем, тем больше шансов, что тебя убьют или ранят.

— Смелее, воины! — подбодрил я.

Сразу после моих слов и грянул первый вражеский залп. Расстояние было метров семьдесят, великовато для аркебуз, но в одного моего подчиненного попали. Он присел, выронив аркебузу. Соратники обогнули его и встретили второй залп и третий.

Караколирование у сохэев проходило не так гладко, как у нас. Слишком торопились, из-за чего сталкивались, мешали друг другу. Наверное, добавлялось и напряжение первого такого боя. Черный дым частично скрыл их, и за время паузы мои асигару-тэппо преодолели нужную дистанцию, вышли на пятьдесят шагов, остановились по моей команде и произвели первый залп, который почти совпал со следующим вражеским.

Вот тут-то и сказалась разницу в выучке и боевом опыте. Вряд ли враги целились именно в меня, но рядом, выше голов моих подчиненных, просвистело, как мне показалось, несколько десятков пуль, то есть взяли слишком высоко.

Зато наш залп выкосил примерно треть вражеской шеренги. И следующий прозвучал быстрее, нанеся примерно такой же урон. После нашего третьего ситуация для врага стала печальной, а после шестого и вовсе критичной. Уцелевшие, около сотни, все-таки продолжили стрелять, пусть и вразнобой и подолгу перезаряжаясь под обстрелом.