Посещать врачей… Но я не могу быть с тобою, как раньше.
Ничего не ответив, Сашка встал со скамейки и поддел носком ботинка валяющийся на асфальте камень. Похудевший, осунувшийся…
— Мне так страшно, — прошептал он.
Я прикрыла глаза. Лед сковал мое тело.
— Пойдем домой, — наконец выдавила я, едва шевелясь от усталости, — утро вечера мудренее.
На лице Сашки мелькает бледная тень улыбки. Я же не могу дождаться, когда избавлюсь от его общества. Когда, закрывшись ото всех, я притворюсь, что абсолютно ничего не изменилось…
Дёма удивляется приходу отца, но ничего не спрашивает, видя, что я стелю Сашке на диване.
На телефоне несколько пропущенных от Степана. Конечно, он почувствовал, что со мною что-то не так. Мое израненное сердце истекает кровью. Я ложусь в кровать и как ребенок, прячущийся от кошмара, накрываюсь одеялом с головой.
— Привет…
— Привет…
— Все хорошо?
Первая соленая капля срывается с ресниц. Его низкий спокойный голос так контрастирует с тем хаосом, что я сейчас ощущаю…
— Нет.
Слова даются с трудом. Спазм перехватывает горло. Слезы душат.
— Хочешь, я прямо сейчас приеду?
— Нет… — я все же всхлипываю.
— Тогда, может быть, ты хочешь об этом поговорить?
— Я не знаю… Я не уверена, что в состоянии вести разговоры…
— Ты вернешься к нему?
— Нет! — С моих губ срывается отчаянный протест, который я тут же глушу, потому что не могу ему врать. Не могу… — Я не знаю, Стёпочка. Я запуталась…
— Это его борьба. Не твоя.
— Я знаю, любимый… Я знаю.
— Но? Есть ведь какое-то «но»?
— Да… К сожалению, есть.
Он не справится сам. Он не справится… — Мой голос сходит на нет. Я озвучиваю свой самый главный страх. Я озвучиваю свой приговор.
— Ты ведь уже все решила…
Своими словами Степан выбивает мой кислород. Он всегда знал меня лучше, чем даже я сама себя знала. Вот и сейчас он облачает в слова то, что я физически не могу… Не могу…
— Я люблю тебя, — шепчу абсолютно не в тему, — я люблю тебя так, как только можно любить…
Я хочу, чтобы он понял меня.
Я уверена, что он сумеет меня понять. И простить…
— Я тоже очень сильно тебя люблю.
— Хорошо, — шмыгаю носом, отгоняю от себя прочь все сомненья. Сегодня ночью Степан еще мой…
— Ты… придешь на завтрашнее выступление?
Господи… Я ведь даже забыла! Серия мастер-классов подошла к концу, и завтра у нас назначен небольшой отчетный концерт. Мы танцуем со Степаном румбу… Боль как бешеный пёс вцепляется в мое горло. Мне нечем… нечем дышать.
— Обязательно.
