Вот он орал!
Я притормаживаю у обочины и, вмиг утратив все силы, опускаю голову на сложенные на руле руки. Зачем он это делает? Боже… Зачем он снова вовлекает меня в игру под названием «отрезание хвоста по кусочкам»? Мы ведь это уже проходили… И слезливые, давящие на жалость sms-ки, и фальшивые признания в любви… И больные полные раскаянья глаза, которым я поначалу верила. Что, да… Вот этот раз точно последний. И долгие ремиссии в отношениях, когда казалось, мы абсолютно счастливы, а потом опять узнавала, что — нет… И задыхалась в отчаянье.
— Я все помню, Саша. Это все?
— Нет. Нет… Танюх, слушай… Ты не злись на меня, ладно? Я тебя ведь люблю… — Закусываю костяшку на большом пальце, чтобы не завыть в голос, — ты ведь мать моих детей! Я в тебя корнями пророс!
— К чему эта лирика, Саша? — шепчу, едва находя в себе силы.
— А почему бы и нет?
— Ты выпил, Сашка. Мелешь всякую чепуху. Закругляйся ты там уже. Это я твои загулы терпела, а молодая… Даст тебе пинка под ср*ку и правильно сделает.
Отбиваю вызов и чувствую, как мою освобождённую душу вновь до краев заполняет тоска.
Глава 13
В ту ночь сны мне не снились. Я спокойно спала аж до самого утра. Бессонница отступила, что было довольно странно, учитывая мое психологическое состояние и тот хаос, в который превратилась моя жизнь.
Я встала с кровати, умылась, надела халат и пошла в кухню готовить завтрак. Сегодня мне предстояла встреча с недобросовестным поставщиком, который почему-то решил, что может мне подсовывать некачественный товар.
Флористы давно уже жаловались, что цветы с этих поставок несвежие, да я и сама это прекрасно видела, только никак не могла настроиться на серьезный разговор. Мне вообще довольно нелегко проявлять твердость. Моя неуверенность в себе распространялась на все сферы жизни.
— Привет.
— Доброе утро, дорогой. Ты чего так рано вскочил?
— Не спится, — буркнул младший. — Слушай, ты мне расскажешь, что происходит?
— Ты о чем, Дёмка?
Открываю холодильник и пристально изучаю его содержимое.
Почему-то смотреть в глаза сыну ужасно неловко.
— Отец вообще свалил, ты где-то до ночи ходишь… Я за тебя беспокоюсь! И Данил! Вот где ты вчера была?!
Вот так. Оказывается, я тема номер один в разговорах моих сыновей. Извлекаю лоток яиц и неловко пожимаю плечами:
— Извини. Я… решила прогуляться. Развеяться. Это плохо, что я не заперлась в четырех стенах?
Демид задумчиво почесал живот.
— Нет, это как раз хорошо.
