Напиши обо мне роман

Шуточки, как с Агаларовой — запросто.

Но грань он не перейдет ни-ког-да.

Даже немного жаль, что мы лишь боевые друзья, хотела бы я быть так же уверена хоть в одном своем мужчине.

— Я уже ремонт начал делать.

— Так ты жалуешься или хвастаешься? Поздравлять или соболезновать? — уточнила я, окончательно запутавшись.

— Тогда мой тебе совет — не делай этого! — я допила коктейль и задумалась о следующем.

Следующий, конечно, будет очень, очень лишним. Но такие новости минералкой не запивают.

— Не съезжаться? — Мишель фыркнул.

— Слушай, я думаю, как Гамлет, — язык у меня не заплетался никогда, а вот мысли — увы. Но я попыталась донести идею: — Те кто и так живут вместе — пусть живут. А одинокие — в монастырь! Вот и ты, Офелия, вали лучше в монастырь. Брак, даже гражданский — это ловушка, Миш. Никакой свободы, никакого заснуть под телевизор, все выходные упарываться в игрушку или вернуться домой через двое суток загула, только чтобы котиков покормить… Жизнь кончена!

— Просыпаться утром в обнимку, Алис, а? А?

— Вози ее в отпуск, там и просыпайся! — обрубила я хвостики с сентиментальными розовыми бантиками.

— Я, пожалуй, подумаю.

Мы чокнулись бокалами.

Приятно, когда есть друг, который тебя понимает. И подкармливает, когда денег нет. Те времена давно уже прошли, но моему сердцу до сих пор дороги те сырные палочки, которыми он делился, когда моих доходов хватало на одну курицу в три дня и самое дешевое пиво.

Кстати, вспомнила, о чем тоже забыла ему рассказать!

— Миш, я тебя в роман вставила, кстати. Даже дважды. Ты меня теперь убьешь?

— В какой? — подозрительно прищурился он сквозь бокал с пивом.

— Первый — вампирский. Ну тот, помнишь, я тебе начало давала читать?

— Помню. Чем он кончился, кстати?

— Как всегда, все умерли. Я его, кстати, посвятила тебе!

— Оптимистично… А второй что? — ему было приятно и скрывал он это плохо.

— У меня там страстный секс? — с надеждой спросил Мишель.

— Нет, у тебя там снова пьянка со мной, — я виновато потупилась.

— Что за жизнь…. — вздохнул он, отпивая пива. — Везде одно и то же.

— Ну, прости, — развела я руками. — Я ж не знаю, какой ты в сексе. Может быть, извращенец и любишь обмазаться медом, и чтобы в тебя кидались разноцветными M’s. Или возбуждаешься только от красных деревянных поездов. Или…

— Так, хватит! — передернулся Мишель.

Я махнула официантке, и она все же принесла мне пятый коктейль.