Наркотик

Вполне хватит Егора и ещё парочки одноклассников, с которыми мы дружили, несмотря на то, что они вовсе не олигархи. Вот такой я человек. И если захотел пройти до института пешком, значит так надо.

Вдруг заметил, как из одного двора выходит Виктор. Он что живёт недалеко от меня?! Вот удача! Дом, от которого он шёл, был панельный и без балконов. Знаю такие девятиэтажки. Квартиры там крошечные. Так вот где ты живёшь, любовь моя? Я спрятался за дерево, чтобы он меня не заметил, а потом пошёл следом. Виктор посмотрел на небо и ускорил шаг.

Я тоже пошёл быстрее. Вдруг сверкнула молния, а через несколько минут хлынул дождь. Раскрыл зонт и в несколько широких шагов оказался возле него. Виктор вздрогнул от неожиданности, а потом узнал меня.

— Здравствуйте, Август. Вы сегодня не на машине?

— Доброе утро, Виктор Геннадьевич. На машине уехал мой друг с девушкой. Мне неожиданно захотелось прогуляться. Вот, видите, встретил вас. Что же вы в такую погоду без зонта?

— У моего зонта сломалось несколько спиц. Я думаю купить новый на днях, — улыбнулся он.

Вот теперь эта улыбка точно только для меня. Сердце радостно пустилось вскачь. А ещё я чувствовал аромат того парфюма, что я подарил. Вот как пахнет мой любимый мужчина, вкусно и возбуждающе. Я зашёл рядом с ним и таял как сладкое мороженое. Какое же это счастье идти вот так, под одним зонтом с любимым человеком. Как там, в песне Пресняков поёт. «Когда укрывшись от дождя, под старым стареньким зонтом, останусь с осенью наедине вдвоём». Я не хочу наедине с осенью.

Хочу с ним. Пусть даже вот так, как сейчас. Мы просто случайно встретились, и идём вместе, потому, что нам по пути. Он даже не догадывается, кто я на самом деле. Зато я могу спокойно любоваться им.

— Спасибо за помощь, Август, — сказал он мне на крыльце института.

— Не за что, Виктор Геннадьевич, — улыбнулся я, а про себя добавил, — Мой любимый, Виктор Геннадьевич.

Сегодня на лекции Виктор выглядел потрясающе. Я подумал, что вероятно он так вырядился для девушки, которая пишет ему письма.

Но ведь это я пишу ему письма, а значит, для меня. Лёд тронулся. Мои нежные слова затронули частичку его души. Это открытие поразило меня. Захотелось орать победный клич племени Апачей или каких-нибудь Деловаров. Да, в своё время я увлекался книгами об индейцах. Интересно, какие книги читает Виктор? Какую музыку слушает?

Вечером пришёл домой. Для себя одного почему-то готовить не захотелось. Это был один из тех случаев, когда я сварил себе пельмени.