Народы моря

Экскурсовод мне не был нужен, так что получилась замаскированная милостыня.

Развалины располагалось километрах в пяти, я дошел пешком за час, от порта Фамагуста, в который привез контейнеры на костере под турецким флагом. Порт был на турецкой части острова, в так называемой республике Северный Кипр. Судам под другим флагом сюда попасть сложно. Район Варош в городе обнесен колючей проволокой, в нем никто не живет. Оттуда выселили греков, пообещав когда-нибудь вернуть им собственность.

Обещанного они ждали к моменту моего визита двадцать три года и потом еще бог знает сколько. До турок городом кто только ни владел, включая крестоносцев, тамплиеров, генуэзцев, венецианцев… О последних напоминала каменная плита над входом в мощную крепость с четырьмя угловыми башнями, на которой был изображен лев святого Марка — герб Венеции. Крепость носила название Отелло. По преданию именно здесь мавр задушил из ревности жену-венецианку Дездемону, чем не преминул воспользоваться Шекспир. Я не пожалел семь турецких ливров, чтобы побывать в замке, посмотреть немногочисленные экспонаты музея, большую часть которых составляли гладкоствольные пушки разных эпох. В сравнение с развалинами у замка было два преимущества: не так сильно разрушен и мало ящериц и змей.

По прибытии в порт с меня сразу же содрали серебряный шекель на нужны местного царька Лахесиса. Потом взяли десятую часть с продаж и покупок опять же для бедного и несчастного правителя.

Правда, жаловаться было грех, потому что продал привезенное я со стопроцентной накруткой. Так же выгодно реализую и медь. Ее научились сплавлять с оловом и получать бронзу, более твердую и подлежащую вторичной обработке, чем мышьяковая.

Грузили медь на мое судно в том числе и ахейцы во главе с Эйрасом. Финикийский капитан уверил их, что с Кипра точно доберутся, куда им надо. Мол, этот остров посещают корабли со всего моря. Ахейцы поверили, оплатили перевоз на Кипр — и застряли здесь.

За несколько месяцев промотали награбленное, после чего начали подрабатывать на хлеб насущный.

— Пойдете ко мне в экипаж? — предложил я Эйрасу в конце погрузки.

— Мы сами собирались к тебе попроситься, — признался он.

Экипаж мой состоял из девятнадцати человек. Шестнадцать нужны были на весла, которых у меня по восемь с каждого борта, для маневров в узостях и движения в безветрие.