– Глупо носить с собой оружие, которое не используешь, – заметил Риэд.
– Не помню, чтобы спрашивала совета, – тут же отреагировала Джин и попробовала забрать пистоль.
Но мужчина отдернул руку, не собираясь так быстро его возвращать.
– Я не хотел тебя обидеть. Просто можно сделать его более практичным, чтобы он служил не только украшением.
– Например? – девушка даже не пыталась скрыть скепсис в голосе.
– Насколько мощный у него выстрел? – Риэд примерялся, целясь в стену.
– Такую деревяшку пробьет, – прикинула Джин, указав на спинку простой односпальной кровати.
– Значит – достаточно мощный, – кивнул мех. – Если заменить пулю с железной на каучуковую, то ты никого не убьешь, но остановишь противника.
У Джин натурально отвисла челюсть. Мысль была странной – каучуковые пули никто никогда и нигде не использовал, – но крайне интересной. И тогда пистоль действительно можно будет смело пускать в ход.
– Но каучук слишком мягкий и может деформироваться при выстреле, – проговорила она, уже прикидывая варианты.
– Нужно добавить в каучук серы и свинца, когда будешь отливать пули, и он станет тверже. А еще есть специальные смолы и отвердители. Если хочешь, могу посоветовать парочку.
– Я же говорил, что он гений! – подал голос Нокс, прислушивавшийся к их разговору.
– Эти отвердители и для универсальных отмычек с адамантом подойдут. Металл станет крепче, будет лучше держать форму и не так ломаться, – продолжил Риэд.
– Показывай! – решилась Джин.
Странный – не странный, но мех оказался настоящим кладезем информации.
Он, казалось, знал все и разбирался во всем, они проболтали целый час, а потом спустились в подвал, где жрецы выделили своему новому мастеру помещение под мастерскую.
– Ни-че-го себе! – восторженно проговорила Джин, осматриваясь.
Мастерская была одновременно и лабораторией со множеством колб на подставках, разных причудливо изогнутых емкостей, соединенных трубочками…
– Химия – моя страсть, – признался Риэд. – Механика в моем случае скорее прикладная наука.
Он криво улыбнулся, словно насмехаясь над самим собой. Но Джин уже поняла – левая сторона тела у него работала хуже. Ногу он действительно подволакивал, и спуск по лестнице дался Риэду непросто. Левую руку почти не задействовал, а если и шевелил ею, то как-то дергано, рывком, словно с усилием. И левая половина лица у него почти не двигалась.
Меха как-то видела подобное. У дяди Роба, ее дальнего родственника, случился удар.
