Нас больше нет

Поэтому задает ритм, заставляя меня двигаться быстрее, резче, взлетая все выше и выше.

Я забываюсь и снова кричу, срывая голос, впиваюсь ногтями в плечи мужчины, совершенно не контролируя себя, и забываю, как дышать.

Меня накрывает волной удовольствия так внезапно, что на какое-то время я, кажется, глохну. Перед глазами пляшут искры, виски пульсируют, дыхание сбивается.

Я сжимаюсь вокруг его члена, пульсирую, не в состоянии двигаться, но Давид делает все сам. Хватается за мои бедра и насаживает меня на себя.

А потом издает рык и кончает, разрешая наконец-то упасть ему на грудь, чтобы попытаться восстановить дыхание и понять, что только что произошло.

Наконец-то я нахожу в себе силы отодвинуться от Давида. Чувствую, как по внутренней стороне бедер стекает что-то липкое, и застываю от ужаса.

— Ты… ты кончил в меня, — выдавливаю из себя, чувствуя, как подступает паника.

— Прости, Лер, я у меня не было сил покинуть твое тело, — шепчет Давид, пытаясь поцеловать меня в губы, но я отстраняюсь.

Резко сажусь в постели и вылавливаю его лицо в темноте, к которой уже привыкли глаза.

— Вставай, одевайся и езжай в аптеку, — упавшим голосом безапелляционно заявляю я.

До него не сразу доходит, о чем именно я прошу.

— Тебе плохо? Болит что-то? — взволнованно спрашивает он.

— Нет.

— Тогда зачем в аптеку?

— Ты не догоняешь, да? — немного повышая голос, шиплю я. — От того, что случилось между нами, вообще-то бывают дети. Езжай прямо сейчас и купи таблетки экстренной контрацепции. Я не собираюсь ждать до утра, — начинаю истерить я.

Потому что из-за нашей неосторожности может произойти конец света.

— Лер, — мягко произносит он, протягивая руку к моему лицу.

— Нет, Давид. — Перехватываю за кисть его руку и с силой впиваюсь в кожу пальцами.

— Успокойся, — в его голосе проскальзывают властные нотки. — Не стоит травить свой организм этой дрянью, хорошо?

— Нет, не хорошо. Я не готова, ясно? И не хочу быть с тобой чем-то связанной. А ребенок — он же на всю жизнь, — быстро тараторю я.

Мне страшно представить, что я могу забеременеть. Даже три года назад, когда безумно любила его и слепо верила, была не готова к детям, а сейчас тем более.

— Перестань паниковать. Какой у тебя сегодня день цикла?

— Зачем тебе? — напрягаюсь я.

— Будем мыслить рационально и подсчитывать риски. Итак, простой вопрос: какой у тебя день цикла? — его голос звучит спокойно, тихо, но я уверена, что это напускное.

Я прикусываю губу, пытаясь подсчитать.