Нас не догонишь…

Есть одно предположение, но вот только результат, если я вмешаюсь, может быть катастрофический. Как я понял, она и так обречена. Я прав?

      Кларен только кивнула в ответ, а из её глаз покатились крупные капли слёз.

– Тебе решать. Я могу вместе с учителем помочь, но помощь может оказаться фатальной. Решай сейчас. До села ехать всего ничего, а там, сама понимаешь, я этим заниматься не буду. Ни я, ни учитель.

      Кларен таким взглядом по мне прошлась, что я себя ощутил, словно на колу, со срываемой с тела кожей.

– Пробуй, Гури. Хуже уже всё равно не будет. А может, лучше учитель?

– Он контролирует и если что, вмешается. Но даже он не может дать гарантию, что наша помощь ей не навредит.

      Девушка затравленно посмотрела на спокойно развалившегося на облучке фургона канна.

– Я согласна! – продавила сквозь губы своё решение красавица. И даже ни заплаканные глаза, и мешки под глазами не скрывали очарования милого лица.

      Со вздохом я отвинтил крышку с фляги и, посмотрев в распахнутые глазки маленькой копии мамы, сказал:

– Не бойся, всё будет хорошо! Ты сейчас просто сделаешь глоточек и всё! Хорошо?

      Неуверенный кивок мне ответом, и я осторожно приблизил горлышко фляги к распахнутым коралловым губкам ребёнка.

      Глоток, глаза распахиваются ещё больше, ещё глоток! Попытка оторвать фляжку от девчушки не увенчалась успехом. Вцепилась в меня мёртвой хваткой и пьёт, как воду, ставшее артефактом молоко.

      Ни дрожи, ни всхлипов, ни трясучки, как у больных. Ничего.

– Удивительно, да! – раздался неожиданно в моей голове голос Хэрна. – Ты это видел?

– Пропустил? Бывает. – усмехнулся довольный канн. – Твоё молоко нейтрализовало скопление энергии и теперь просто распространяет её по всему телу ребёнка. Смотри сам.

      Как при рентгене. Ей богу.

      Вот молоко по пищеводу попадает в желудок, вот реакция с энергией магического колодца, а вот по артериям, венам и капиллярам расходится по всему телу волна голубого сияния.

      Оп-па, а девчонка, вроде, отцепилась от фляжки. И не понял, повозилась тельцем у меня на руках, удобней устраиваясь, и засопела, смешно скорчив носик. Однако!

– Она? – удивлённые глаза Кларен, наверное, заполнили всё лицо девушки, такие стали огромные от удивления.

– Да, заснула! – пожав плечами, произнёс я. – А что тут такого?

– Так я ведь говорила, она же почти не спала! – вскричала радостная мама.