Нас не догонишь…

Обращаю внимание, выполнять любые её команды, какими бы они дикими ни показались. Обсуждение приказов недопустимо. А вы следуйте с нами, и вас, все только что сказанное, также касается. Под ногами не путаться, любые команды выполнять. Если начнёте перечить, увы, вас придётся убить. Вам ясно?

      Барон если и был очень удивлён такими заявлениями мальчика, то после того, что он успел увидеть в крепости, особенно после появления в ней её номинального начальника и, находясь под впечатлением поступка своего господина, вида старался не подавать.

      Ночной переход занял время почти до середины ночи. Они расположились буквально перед постами охраны большого войска.

      Тысяч двадцать пять, не меньше. В лагере противника царил образцовый порядок. Отряды расположились строго в соответствии определенному плану. Даже горевшие костры, вокруг которых расположились на отдых уставшие бойцы, были выравнены, словно по шпагату. Особенно бросилась в глаза усиленная охрана телег и повозок, обоза войска. По опыту, барон понимал, всю тщетность ночной атаки гарнизона, только раззадорят и есть большая возможность у себя на плечах привести противника к себе в крепость.

      Он, было, попытался объяснить всем их заблуждение, но, к его стыду, его никто слушать не стал, а просто сказали, что если он ещё раз без разрешения откроет рот, его просто прирежут.

      Примерно через пару часов, когда уже начало светать, весь небольшой отряд вместе с мальчиком сели на коней. Как понял барон, вот-вот поступит команда к нападению, но произошло нечто странное и необъяснимое.

      Внезапно заволновался под ним, обычно весьма флегматичный боевой конь, и, не слушая удил, прижался почти вплотную, к группе всадников охраны, окружавших маленького мэра. Вдруг все всадники, включая и его коня, резко с места перешли в галоп, и понеслись по дороге, в сторону крепости.

      Бешеная скачка длилась без остановок, прямо до тёмной громады, выделявшейся на светлеющем небе огромным тёмным пятном. Не сбавляя скорости, даже через капитальный мост, перекинутый через бурный поток широкой реки, отряд продолжал свой безумный ночной рывок.

      И вот перед ними высокие крепостные  почему-то с распахнутыми настежь воротами.

      Барон всю дорогу не мог отогнать от себя мысль, будто их маленький отряд преследует вся конница противника. Но поворачиваться корпусом назад, при такой скачке, опасался. Когда выехали на мощеную дорогу, до его слуха неожиданно донёсся топот тысяч лошадиных копыт.