Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

Куда? Обидно это признавать, но мне некуда податься. Не у кого скрыться, спрятаться.

   – Маш, ну куда я уеду? - грустно улыбаюсь, в очередной раз осознав свою никчемность.

   Она поднимает на меня взгляд. Твердый, пронзительный:

   – Поехали со мной.

   Удивленно смотрю на подругу:

   – Куда это ты собралась?

   – Мне от бабки дом достался. В Зауралье.

   – Представь себе, - усмехается Манька, - я там последние месяцы обитала. Пока в права наследства вступала, пока работу подыскивала.

   Чтo ж, теперь понятно, почему я не могла до нее достучаться.

   – В общем, я туда собираюсь переехать, – и поймав мой удивленный взгляд, поясяет, – Тин, хочется чего-то нового, новой работы, новой обстановки. Да и сама знаешь, мы тут в двушке ютимся. Родители, я, брат с женой. Пора уже отпочковаться и начать жить отдельно.

   – Не слишком ли круто для почкования? Сразу в другой город за тысячу километров? - с сомнением смотрю на нее.

   Маша пожимает плечами:

   – Страшновато конечно, но я попробую.

Вернуться всегда можно, – с надеждой смотрит на меня, - поедешь со мной? Я хочу новую жизнь начать,и тебе она необходима. Поехали. Вдвоем не так страшно.

   – Маш, ты забываешь о главном. Я беременная. Тебе охота нянькаться с непутевой подругой на сносях?

   – Ну и что? Справимся. Жить есть где. Дом там хороший, кирпичный. Места хватит. И мне, и тебе, и пузожителю твоему. У меня рабoта уже есть, а тебе что-нибудь потихоньку найдем.

   – Что? - я не верю в свою востребованность на рынке труда.

   – Не знаю, на местe решать будем. Конечно, с деньгами туго придется, но как-нибудь выкрутимся.

   – У меня есть небольшие накопления, - называю сумму, что удалось отложить. Одолевают сомнения, о вместе с тем в груди разгорается непонятный огонь, предвкушение. А что если действительно уехать, попробовать начать все с чистого листа, с нуля?

   – Вот видишь! На самое нужное хватит! Поехали, Кристин!

   Не знаю, что ответить. Страшно уезжать, бросаться с головой в неизвестность.

Но еще страшнее оставаться здесь, где каждый метр напоминает о моих ошибках, где живет человек, которого чувствую кожей, но не могу находиться рядом. Больно.

   Маша видит мои колебания, сомнения и наседает с удвоенной силой, постепенно склоняя к невероятному решению.

   Мы просидели с ней весь вечер и полночи, взвешивая за и против. В итоге Машка осталась у меня ночевать.

   Я себя даже во сне изводила, пытаясь решить, что делать дальше.