Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

Сердце замирает, когда виду зеленый мигающий огонек, оповещающий о прoпущенном вызове, а потом рассыпается в пепел, когда нахожу с десяток пропущенных от отца и ни одного от Артема.

   Снова набираю его номер. В ответ опять ледяная тишина, на живую вспарывающая внутренности, острой игрой пронзающая сердце.

   Не оставляю попыток связаться с ним. Весь вечер звоню, отправляю смс с мольбами ответить, перезвонить. Бесполезно. Зорин игнорирует меня, и хочется реветь от бессилия, рвать на себе волосы, биться головой о стену.

   Я готова мчаться за ним хоть на край света, но этого желания мало. Прекрасно осознаю, что мне его не найти, он может быть где угодно.

   Следующий день прошел как в тумане. Я по-прежнему названивала Зорину, попутно игнорируя звонки остальных. Не хочу ни с кем говорить, не могу. Мне больно, страшно, горько. Единственный человек, способный успокоить, замедлить сумасшедший ритм сердца, не хочет меня видеть, не хочет общаться.

   Как тень бродила по квартире, слонялась из угла в угол, безнадежно прислушиваясь, мечтая о том, как раздастся звук ключа, отпирающего замок.

   Он же знает, что я eго люблю. Знает! Он должен это чувствовать!

   Потом как нож под ребра: ни хрена он мне не должен!

   Это я ему обязана, за то, что стала на нормального человека похожа, на девушку, а не на куклу, манекен для новых шмоток.

   Даже после того чудовищного вечера, Зорин остался верен себе, не бросил, притащил домой.

   Столько лет терпел все мои закидоны, пока чаша терпения не переполнилась, не разбилась, как та самая ваза, постоянно всплывающая в памяти.

   Умираю от клубящейся в груди тоски.

   Не могу без него.

   Я не завтракала, не обедала. Аппетита нет, настроения нет, желания жить нет. Желания дышать нет.

   Кое-как выпила кофе. Горький, черный, как моя жизнь. Очередная провальная попытка позвонить Артему.

   Голова болит от роя мыслей, сердце рвется от сожалений, и хочется надеяться на лучшее, но не могу, потому что сама понимаю, что лучшего просто не достойна.

   Неживой куклой, мумией сидела на кровати, уставившись стеклянным взглядом в одну точку на стене, с каждым мигом все больше опускаясь на дно.