Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

Улыбка белозубая, зеленые хитрые глаза, в которых искрится любовь, сильные руки.

    Со стоном ударяюсь затылком о стену. Из-под ресниц срывается одинокая слеза, горячей дорожкой, пройдясь по щеке. Невыносимо знать, что причинил такую боль любимому человеку.

   Господи, пусть он справится, выберется из бездны, в которую я его столкнула своими собственными руками. Найдет в себе силы жить дальше. Нормально, открыто, как он любит, умеет. ртем не заслужил этой боли, этого кошмара. Пожалуйста.

   Тело задеревенело, затекло, потеряло чувствительность. Как и душа. Словно предохранители перегорели. Пусто. Темно. Тихо. Апатия.

   Медленно поднимаюсь на ноги, бреду в спальню и снова ложусь спать. Вот и все. Потому что не хочу ничего. Будто и нет меня. Умерла. ассыпалась пеплом по ветру.

   Череда странных дней. Когда не понимаешь, какое время суток, где ты, кто ты, что вокруг происходит. Я не помню большую часть этого времени. ваные фрагменты.

   За столом, пытаюсь есть.

Вкуса не чувствую, запаха тоже.

   Бледное измученное лицо, глядящее на меня из зеркала в ваннoй комнате.

   Теплые струи воды, нескончаемо бьющие по коже, а я стою, уперевшись рукой в стену, пытаясь уцепиться сознанием хоть за что-то, потому что чувствую: исчезаю, растворяюсь,теряю сама себя.

   Ночные посиделки у телевизора, стеклянный взгляд в экран и механическое перещелкивание каналов. Не вижу ничего, сплошное марево.

   Стою на балконе, глядя на темнеющий внизу парк.

Холод пробирается от босых ступней все выше, по ногам, бедрам, животу, проходя студеной поступью по плечам. Мне все равно. Стою, вдыхая полнoй грудью,только сейчас осознав, что все это время бродила по дому в его футболке, которая все еще хранила его запах. Дышу им и снова умираю.

   Так хотелось позвонить ему, но не могла. Сотню раз брала в руки телефон, чтобы набрать заветный номер, но каждый раз останавливалась, гипнотизируя взглядом его фотографию на экране.

Я даже представить боялась, что творится у него внутри. Если мне, виноватой стороне, сейчас так плохо, что же ощущает он? Насколько я хотела быть рядом с ним, настолько же сильно он хотел оказаться как можно дальше от меня. И я не звонила, потому что понимала, мой голос для него как нож в oткрытую рану. Понимала, что любые мои слова, действия, мое появлеие все это сделает ему только хуже, больнее.