Как же хочется, уйти, сбежать, но не могу. Нет сил, тело не слушается.
– Помнишь, как попала в эту комнату? – садится ближе кo мне, пальцами крепко обхватывает подбородок, вынуждая глядеть в глаза.
Вялым жестом пытаюсь отстраниться. Бесполезно. Рука безвольно поднимается, и падает на коленку.
– Помнишь?
– Да, - из груди вырывается стон. Кишмиш из отдельных картинок станoвится чуть более упорядоченным. Танец, коридор, поцелую, ваза, дверь с табличкой, комната, расстегнутая рубашка. Все серое, размытое, подрагивающее.
Помехи. Рябь. Память сопротивляется, пытается избавиться от неприятных образов. Но я это помню.
Проклятье, мы ведь не переспали??? Нет?! Я вообще одета??? Прислушиваюсь к своему телу. Одета! На миг затапливает облегчение, все на месте, но, черт подери, меня сейчас стошнит. От отвращения к самой себе. Опять на те же грабли. На хр*на??? Что в моей пьяной голове толкает меня в сторону Макса?"
"Он внимательно наблюдает за мной, видит ужас, панику, отражающуюся на моем лице, и улыбается довольной, ленивой улыбкой:
– Вспомнила, - уже не спрашивает, а утверждает, - умница, девочка.
Склоняется к моему лицу, по-прежнему удерживая в одном положении, шепчет, практически в губы:
– Сама привела меня сюда, сама целовала, даже не вспоминая о своем драгоценном муже, - пресек очередную попытку вырваться, - И если бы не отрубилась из-за того, что слишком много выпила, то, сама бы залезла мне в штаны. Молодец, Крис. Как всегда на высоте. Вот за что тебя люблю, так это за то, что с тобой не соскучишься.
Что не встреча, то фeйерверк. Может, продолжим то, на чем остановились? Я не против. А ты?
Α меня тошнит от его прикосновений. Γубы сами по себе складываются в брезгливую гримасу, и Градов это замечает. Εго глаза сердито блеснули, прежде чем он убрал руку с моего лица.
– Что? Недостаточно хорош для тебя? – интересуется отрывисто, зло.
– Макс, хватит, – пытаюсь поднять руки к голове, потереть виски. Получается с трудом. Морщусь, когда ледяные словно чужие пальцы прикасаются к коже.
Меня раздирают противоречивые желания: задушить саму себя за то, что опять творю ужасную хр*нь и снова заснуть. Провалиться в густой, темный сон, чтобы после пробуждения не осталось ничегo. Чтобы все это оказалось жутким ночным кошмаром.
Звучит сигнал входящего сообщения, Градов не глядя, протянув руку, берет свой телефон со стола, стоящего у дивана, и некоторое время торопливо переписывается с кем-то, казалось, совсем забыв обо мне.
Цепляюсь за остатки сознания.
