Провожаю ее до такси, потому что не могу отпустить одну шляться по темным переулкам... Потому что вообще не могу ее отпустить. Хотя давно пора это сделать.
Бреду вперед, размышляя о своей незавидной участи. Я на крючке, по-прежнему на крючке. Что бы ни делал, как бы ни дергался. Сейчас понимаю это как никогда ясно.
Тинка идет чуть позади. Я как маньяк прислушиваюсь к ее тяжелому, надрывному дыханию, чувствую ее каждым нервом.
Непонятные ощущения. Пытаюсь всеми силами заткнуть внутренңий голос, отвернуться, перестать обращать на нее внимание, но бесполезно.
Все бесполезно, потому чтo то, с чем я столько времени боролся, рвется наружу. К ней рвется.
Договариваюсь с таксистом, сканируя его пристальным взглядом. Вроде обычный мужик, не маньяк.
Все. Надо прощаться. Пусть идет, пока я еще могу держать себя в руках. Пока не сказал что-нибудь, о чем потом непременно пожалею.
Разворачиваюсь к ней, чтобы сказать ""пока"" и снова иду ко дну от ее взгляда. Горького, разобранного. Захлестывает эмоциями, отражающимися в прозрачных голубых глазах, наполненных непролитыми слезами, болью, сожалением и.
.. любовью?
Отступаю на шаг, с трудом разрывая зрительный контакт и пропуская ее к машине. Наблюдаю за тем, как такси нетоpопливо выруливает с парковки и исчезает за поворотом.
Трясет. Меня бл* просто трясет, когда возвращаюсь обратно в клуб. От того, что был рядом с ней, от того что увидел в ее глазах. Снова злюсь, пытаюсь скинуть наваждение. Ведь врет! Наверняка врет! Играет, затеяв очередной спектакль! Наверное, опять лох потребовался для реализации наполеоновских планов.
А где же ещё такого махрового доверчивого придурка найти, как бывший муж?
Нет уж, спасибо, прошлого раза хватило с головой. Даже больше. Тогда так накрыло, что до сих пор из дерьма выплыть не могу. Злю себя специально, придумывая миллион подлых причин, по которым она сегодня появилась, одним своим видом сломав мое спокойствие.
Прихожу в ярость, распаляю себя, потому что так проще бороться, сопротивляться безумному притяжению, набирающему обороты, вопреки здравому смыслу.
Вернувшись в зал сразу иду на танцпол, к Олесе.
Играет медленная музыка,и она танцует. Медленно, чувственно ведя бедрами, прикрыв глаза. Она любит танцевать,и что уж скрывать, умеет. Так танцевать, что на нее все мужики в зоне видимости слюни пускают. Вот как сейчас. Замечаю нескольких, жадно рассматривающих стройную фигуру. Снова злость затапливает выше головы.
