Здесь не только «свои», чужаки тоже присутствуют. Например, коллеги Давида с семьями. Для них отдельное меню, которое включает коньяк и виски.
— Милый, присмотри за детьми! — обращается к мужу Ирина, ласково погладив его по плечу. — Я буду накрывать на стол. Почти все гости в сборе.
— Ладно, коть, — кивает Давид. — А где мелкий?
— Был наверху. Но я попросила, чтобы спустился.
Гости в сборе, да не все. Я внимательно обвожу взглядом каждого присутствующего. Человек тридцать. Имён не запомнил, хоть и здоровался с каждым и жал руку.
Становится жарче, душнее. При тех деньгах, которые вертятся у Варламовых, можно было бы смело расщедриться на ресторан, но они почему-то предпочли тесниться и самостоятельно накрывать на столы.
Я несколько раз выхожу покурить на крыльцо, всматриваясь в темноту. Где же Сашка? Опаздывает? Передумала? В том, что Златовласку пригласили — я теперь даже не сомневался.
И я жду её просто пиздец как сильно. Две недели назад думал, что всё, баста. Закончились отношения и вместе мы никогда больше не будем, но после полученной информации от Давида воспрял духом, что ли.
Перестал себя жалеть. Перестал чувствовать униженным. Много думал о Сашке. Всю прошлую ночь даже снилась мне. Беда в том, что я так и не понял мотивов великого обмана. Выставила меня полным лохом. Издевалась, дразнила, провоцировала. Вопросы роем кружились в голове, но при этом ни одного адекватного ответа или оправдания, так и не придумал."
"Заметив блеск фар в начале улицы, напрягаюсь всем телом.
У ворот останавливается старый ржавый жигуль. На улицу выходит пожилой мужчина в чёрной дублёнке. Обходит автомобиль и открывает заднюю дверь, помогая выбраться из салона молодой и красивой девушке. Сашке.
Увидев её издалека, ощущаю, как трясти начинает. Кровь усиленно разгоняется по артериям и венам, вскипает. Температура тела на несколько градусов повышается.
Златовласка в коротких сапожках и темно-зелёной парке. Длинные стройные ножки обтянуты чёрными колготами, светлые волосы рассыпаны по плечам.
Если мне и раньше было её чертовски мало, то сейчас, спустя долгое время, и подавно.
Сделав последнюю затяжку, выбрасываю окурок и спешу вернуться в дом. Рано пугать Сашу. Пусть одежду снимет, освоится. От неё чего хочешь можно ожидать. Что-что, а быстро убегать она точно умеет.
Остановившись рядом с Давидом и Михаилом Романовичем, включаюсь в разговор о повышении цен на недвижимость. Рассказываю обстановку в столице. Они охают и качают головами.
