— В общем, я завариваю кофе, — отвечаю как можно спокойнее.
— Я серьезно, Саша.
— Я тоже. Завариваю кофе. Не чай.
Северов ударяет кулаком о стену и несдержанно ругается, стараясь таким образом привлечь внимание и вернуться к разговору на прошлую тему.
Я отворачиваюсь к плите, выключаю вскипевший чайник. Мы же договаривались! Пока наши отношения — секрет. Для всех в этом городе. Ваня согласился, я же прекрасно помню. Согласился сам и без каких-либо уговоров с моей стороны. Теперь он требует всего и сразу.
Увольнения, переезда и удара для моей матери!
— Ваня, послушай, пожалуйста меня, — отчётливо проговариваю слова. — Ни о каком увольнении речи нет и не будет. До тех пор, пока…
Услышав громкий хлопок входной двери, я с шумом ставлю фарфоровую чашку на стол. На ней даже трещины появляются.
— Чёрт, даже не выслушал! Упрямый осёл!
Внутри такая ярость поднимается, что вдохнуть нормально не могу. Ушёл, значит. Ну и хорошо. Ну и ладно!"
"Украдкой слежу за Северовым из окна. Он выходит из подъезда, закуривает и направляется к автомобилю.
На окна мои не смотрит принципиально. Спустя минуту, выбросив окурок в подтаявший сугроб — садится в машину и уезжает.
* * *— Саша! Жду от тебя ещё партию трубочек! — выкрикивает Таня из зала.
— Я же недавно вручила тебе!
— А ты что думала? — хмыкает коллега. — Размели! Люди два дня были голодными из-за того, что ты болела. Теперь запасаются впрок.
Да, подменить меня оказалось некому, поэтому кондитерская простаивала все эти дни.
Выручка ушла чуть ли не в ноль, соответственно Татьяна не сумела много заработать. За что и сердится теперь.
Тяжело вздохнув, достаю их холодильника заготовки. Сегодня очень активный день. На часах половина пятого вечера, а я пока не думаю заканчивать. Работаю без перерывов и перекусов. Спина покрыта испариной, ноги гудят от усталости.
Выделив минутку, достаю из сумочки телефон и проверяю не звонил ли Северов. Не звонил. Не писал. Даже не думал.
В последние дни мы мало разговаривали.
После всех проверок на заводе Ваня приезжал, когда меня уже в сон клонило. Делал что-то по дому, потом мы занимались любовью и быстро засыпали. Всё это время я неустанно чувствовала его нервное напряжение, которое он старался снять с помощью бурного секса и длительных прогулок с собакой. Черри приходила домой с трудом волоча лапами.
«Я освобожусь примерно в семь. Если ты, конечно же, хочешь меня забрать».
Отправляю, прячу телефон и возвращаюсь к работе.
