Казалось бы, не девственница давно. Один мужчина точно был, если она, конечно же, сказала правду о количестве. Так почему тогда настолько скованна? Боится, что обижу? Или набивает цену? Приюта ей мало? Я готов заплатить больше, пусть только скажет.
Мои руки беспорядочно шарят по ровной спине и сжимают аппетитные ягодицы. Впечатывают Сашку в пах, выбивая из ее груди тихий протяжный стон.
Да, вот так. Не молчи. Просто, блд, не молчи. Дай понять, как тебе нравится и чего ты хочешь.
С трудом оторвавшись от сладких губ, развязываю полотенце.
Оно падает под ноги, Саша переступает через него и льнет ко мне. Упругая «троечка» впечатывается в грудь, тонкие руки обвивают шею. На мой поцелуй следует ответ. Немного неуверенный, но очень даже искренний.
Обхватив ее задницу ладонями, поднимаю Сашу вверх. Она обхватывает ногами мои бедра, продолжая целовать и непроизвольно тереться промежностью об и без того напряженный член.
Кинув быстрый взгляд на стену ванной, я спрашиваю:
— Выбирай: здесь перед зеркалом или в спальне?"
"Саша открывает глаза, осматривает комнату и останавливает взгляд на большом высоком зеркале.
Пугается, потому что нас прекрасно видно. Мои ладони по-хозяйски лежат на ее ягодицах. А сама Златовласка, обнаженная и открытая, обнимает меня за шею, чтобы не упасть. По-моему, мы очень даже смотримся.
— В спальне, конечно же, — тут же отвечает Саша.
— Но и здесь потом тоже, — заверяю ее.
Толкнув дверь, ведущую в комнату, интуитивно несу Сашу к кровати, не прекращая при этом терзать ее губы.
В спальне ни хрена не видно. Повалив Сашку на простыни, я отстраняюсь. Снимаю халат, под которым ничего нет. Нащупываю включатель. Резкая вспышка света слепит глаза. Тут же смотрю на Златовласку, которая успела свести ноги вместе и прикрыть грудь, и радуюсь, что вообще не сбежала. Взяв презерватив, встаю коленями на матрас и вскрываю упаковку. Саша наблюдает с интересом, хотя ее щеки по-прежнему горят от смущения.
Я ложусь на нее сверху, кожа к коже. Целую пульсирующую венку на шее и за ушком.
Молочная кожа, резко контрастирующая с моей, вновь покрывается мурашками. Трогаю влажные складки между стройных ножек. Удовлетворенно улыбаюсь. Кажется, дело сдвинулось с мертвой точки.
— Ваня, пожалуйста, выключи свет, — просит Саша, пытаясь дотянуться до включателя.
— Может, еще одеялом накроемся? Ну чтобы наверняка?
— Одеялом не нужно. Мне под тобой жарко.
— Я хочу на тебя смотреть.
— Ты визуал? — спрашивает Златовласка с легкой усмешкой.
— Скорее, кинестетик.
