Раньше я его не видела. Возможно, потому что никогда вот так долго не рассматривала Ивана. Сейчас Северов кажется безопасным и даже… милым. Настолько, что будить не хочется.
— Доброе утро, Саша, — внезапно произносит он, не открывая глаз.
Взвизгнув от ужаса, я вскакиваю с кровати и отхожу на безопасное расстояние — пока лопатки не упираются в стену. Учащенно дышу, прижимая ладонь к левой половине груди. Боже, разве можно так резко пугать?
— Ты в следующий раз активнее буди, — продолжает Иван, потирая ладонями лицо.
— Обязательно, — огрызаюсь в ответ. — Прихвачу с собой музыкальную колонку и включу на полную громкость.
— Ну, начать можно с массажа или поцелуев. Я сразу же проснусь, обещаю.
Усмехнувшись, Северов садится в постели. Одеяло сползает ниже, оголяя сильное тело и внушительные бицепсы. То еще испытание — находиться в одной комнате с обнаженным мужчиной, с которым вчера бесстыже занималась сексом. Сложно подбирать слова и контролировать жесты. Чтобы никаких намеков. Чтобы не подумал, будто я хочу еще.
Нет, нет и нет. До сих пор потягивает внизу живота и… слишком уж
там
все чувствительно.
Утешаю себя тем, что проснуться с Иваном в одной постели было бы куда хуже. Как же хорошо, что он все-таки ушел.
Северов пронзительно на меня смотрит, будто пытаясь проникнуть в голову и хорошенько покопаться в мыслях.
Я почти смело выдерживаю его взгляд, давая понять, что лучше не стоит.
— Кстати, к нам наведывалась горничная, — перевожу тему. — Что случилось с несчастным журнальным столиком?
— А? — переспрашивает Иван, откидывая одеяло.
Он встает с постели, а я не знаю, куда деть глаза, потому что Северов, конечно же, даже не думает прикрываться. Вообще.
Лицо заливает яркая краска, пульс зашкаливает.
— Стол…. Стол, спрашиваю, кто разбил? — повторяю вопрос онемевшим от шока языком.
— Я, — невозмутимо отвечает Иван. — Случайно зацепил ногой.
— М-м, ясно. Ты не поранился?
— Нет.
Иван накидывает на себя халат и слегка склоняет голову набок. Наши глаза встречаются.
Хочется скорее уйти из этой спальни: то, что я планировала сказать, все равно выветрилось из головы. Стоило только посмотреть на крепкие мужские ягодицы. На возбужденный член. Это слишком для меня…
— Хорошо. А то я всякого успела напридумывать, пока ты спал.
— Например?
— Что ты истекаешь кровью, — говорю шутливо.
Шутка не удается: на лице Ивана не шевелится ни один мускул. Интересно, он всегда с утра такой недовольный? Вчера ведь тоже проснулся не в настроении.
