Ох, лучше бы не вставала так резко! Активные занятия лыжным спортом и… сексом, да… сделали свое дело. Мышцы ног и рук адски болят, я с трудом двигаюсь в сторону ванной комнаты.
Взглянув в зеркало, недовольно качаю головой. На кого я похожа? Волосы растрепаны, губы искусаны в кровь и жарко пылают. На шее и чуть ниже кожа усыпана красными отметками. Это Ваня так целовал. Он сумасшедший! Брал резко, грубо, быстро. В то же время горячо и трепетно. Его губы были везде! Для меня было очень и очень непривычно всё, что между нами происходило.
Потому что…
«
Почему, Саша?
«
— задаю себе главный вопрос.
Потому что Костя был совершенно иным — спокойным и немного флегматичным. Это так. Муж бы никогда не позволил себе всего того, что позволял себе Северов по отношению ко мне.
Тяжело вздохнув, открываю холодную воду и умываю лицо. Затем вновь смотрюсь в зеркало. Как ни странно, но корить и осуждать себя за вчерашнее хочется меньше всего на свете. Я все понимаю. И прекрасно знаю. Грош цена словам и клятвам, которые я давала на могиле мужа.
«Никогда и никого к себе не подпущу. Не дам и пальцем дотронуться. Буду любить тебя одного. Вечно. До самой смерти».
Слезы крупными горошинами катятся по щекам. Я вытираю лицо полотенцем и горько усмехаюсь. Вот Светка… Светка единственная точно бы меня похвалила. Похвалила и тут же отругала за то, что я уснула, не дождавшись второго раза. Я не планировала этого, честное слово.
Когда Иван уехал в супермаркет, вымыла добела кухню, достала бисквит и срезала чуть пригоревшие края.
А потом внезапно закружилась голова и такая слабость накатила, что я решила отлежаться в комнате до приезда Вани. Думала, услышу, как он вернется, но ничего подобного не произошло. Спала без задних ног!
Выхожу в гостиную, и тут же в дверь апартаментов вкрадчиво стучат.
На пороге стоит горничная.
— Уборка номера.
— Э-э… мы не заказывали.
— Ночью на ресепшен поступил звонок, но, к сожалению, в это время никого из обслуживающего персонала не было, — поясняет молодая женщина.
— Даже так.
Хорошо, проходите.
Горничная уверенно идет в гостиную, я следом за ней. Оглянувшись по сторонам, замечаю разбитый вдребезги стеклянный журнальный столик. Ох! Что это? Что случилось?
Пока идет уборка, я осматриваю прихожую. Верхняя одежда Ивана на месте, как и обувь. Значит, он у себя. Спит, хотя на часах уже десять утра.
Осторожно, чтобы не пораниться, направляюсь в сторону кухни. Нахожу на полочке холодильника сметану и приступаю к приготовлению крема.
